Я пожал плечами.
― Слава, богатство и королевская семья будет мне обязана по гроб жизни, чем плохо?
― Сумасшедшая ведьма, возможность погибнуть, брошенная невеста и вероятность, что королевская семья захочет отомстить мне и родителям ― вот чем плохо.
Я усмехнулся.
― Потренируешься в магии, колдовать наконец-то научишься, может, мать под шумок власть захватит, ― я протянул руку вперед, чувствуя энергию портала.
Роджер еще сильнее вжался в стену.
― А почему мать, а не я? ― нервно облизав губы, спросил он.
Я оглянулся через плечо на побледневшего братца, кадык которого ходил вверх-вниз, а на лбу выступила испарина, и решил не отвечать.
― Октезиан, ― почти бесшумно прошептал он.
Я усмехнулся уголком рта.
― Вариантов два. Первый ― ты исчезаешь из моей жизни, могу тебя даже на прощанье обнять, ― Роджер чуть слышно фыркнул. ― Второй ― остаешься тут и поддерживаешь портал, тогда моя задача немного упростится.
Брат промолчал, старательно отводя взгляд.
― Удачи! ― хлопнул я его по плечу и решительно шагнул вперед.
Ощущения были словно погружаюсь в воду, перед глазами все проносилось с молниеносной быстротой. Запоздало мелькнула мысль, что можно было бы дождаться ответа Роджера.
========== Глава 23. (Ролана) И снова здравствуйте ==========
Больше всего на свете мне хотелось сейчас закрыть глаза и осознать, что всё это ― просто страшный сон, и я нахожусь в своей спальне, моя сестра готовится выйти замуж, замок наполнен предпраздничной суетой, и самое ужасное, что меня может ждать ― это длинная речь на самом торжестве.
А не встреча с ещё одной ведьмой.
И не прогулка по снегу в лесу в компании малознакомых людей.
И если бы можно было попытаться отказаться от этого, переждать весь ужас в доме этих колдунов, но тут тоже было неспокойно. И ещё неизвестно, что было хуже: идти по лесу и надеяться, что мы просто не пересечёмся с ведьмой или сидеть здесь и ожидать, что меня заколдуют, обольют зельем или превратят в лягушку.
Причём, это было бы совершенно случайно, потому что, похоже, никому тут не было дела до особ королевской крови.
Евдокия, Сергей и Андрей почти сразу после разговора сотворили портал и исчезли, не проронив ни слова. Я бы, наверное, предпочла бы отправиться с ними, а там прыгнуть в портал, ведущий в наш мир. И пусть они сами разбираются со своими дриадами и ведьмами!
Василиса и Анна занялись каким-то зельем, к которому я боялась приближаться. Но даже несмотря на то, что они уединились в подвале, была слышна какая-то возня, и воображение услужливо предлагала картины, одна другой страшнее.
Станислава должна была увести детей, но я не знаю, сделала ли она это, потому что Виктория вытолкнула нас из дома до этого момента, сославшись на то, что дети не должны с нами пересечься. Обещание скорой казни не произвело на неё никакого впечатления, зато развеселилась Тамара, хотя ничего весёлого я не говорила.
Но настаивать я не стала. И дело здесь даже не в предупреждающих взглядах и жестах Регана, который пытался контролировать меня сильнее, чем отец. Нет. Просто я по-настоящему не понимала, чего ждать от неё и от Виктории. Все остальные, кажется, были при деле, а эти две ведьмы просто слонялись по дому, и изо всех сил скрывали своё нервное состояние.
Лучше бы они пошли вместо меня и Регана. Они ведь могут менять внешность? А впрочем, даже если и нет, то всё равно, лучше бы они пошли вместо меня и Регана.
А в компании брата, оборотня и Михаила ― единственного, кому я хоть немного доверяла ― я чувствовала себя неуютно.
Лила тоже.
Она озиралась по сторонам, глубоко вдыхала морозный воздух, прислушивалась к каждому шороху ― и, по собственному признанию, мало что ощущала. В человеческом обличие все её органы чувств были намного слабее, чем в волчьем.
А мы всё шли, шли и шли. Я чувствовала ужасную усталость, хотя и Михаил, и Реган в один голос утверждали, что мы едва отошли от дома. По ощущениям это было не так. Каждый шаг давался с трудом, и я безуспешно пыталась отвлечься, думая о скором возвращении в родной замок.
Ожидать поддержки от брата было глупостью. За всю жизнь мы никогда не говорили по душам, а сейчас это и вовсе было не нужно. Михаила отвлекать я не хотела. В случае чего, он ― единственный, кто сможет хоть что-то сделать с обезумевшей ведьмой.