— Вик! — мать Станиславы с силой хлопнула по обивке дивана, за которым она стояла.
На Викторию это действие особого эффекта не возымело, вместо этого она схватила одну из дриад и подняла её на уровень глаз.
— Ты — та, за которой охотятся?
Девчонка замерла с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом, словно она уже хотела ответить, но вдруг забыла слова. Только глаза у неё бегали по комнате, ища спасения и в них застыл призыв о помощи. Наконец, немного придя в себя, она пискнула: “Я Люциана”.
Виктория неохотно её отпустила и преградила ладонью путь второй дриаде, которая в это время пыталась спрятаться за разбросанными на маленьком столике бумагами. Успеха они обе в этом не добились, потому что девчонка была перехвачена Стасей, которая уже вполне пришла в себя после произошедшего в подвале и даже нашла в себе силы усмехнуться, глядя прямо в глаза Виктории.
Мне стало страшно от мысли, что могут натворить ведьмы в ссоре.
— Тут дело не в том, чтобы вернуть их домой… — задумчиво произнесла Стася, прикрывая от своей тётки Фалану.
— Потому что это необходимо сделать! — отрезала Виктория.
Но перебить юную ведьму у неё не удалось, та тоже повысила голос, продолжая. Мне даже показалось, что весь смысл сводился к тому, чтобы не согласиться с Викторией, а не спасти дриаду, мир, вернуть нас домой… Всё было только ради того, чтобы поспорить.
Я почувствовала, что Реган силой удерживает меня на месте, так как я уже готова была встать с дивана, выступить вперёд и высказать всё, что я думаю о ведьмах. Реган, кажется, был готов высказать всё, что он думает обо мне. Его раненая рука лежала на моём плече, часть бинта касалась шеи. Как он ещё умудрился не закрыть мне рот ладонью!
Обернувшись и встретившись взглядом с его карими глазами, я поняла, что до этого действия оставался всего лишь шаг.
Уверена, для ведьм это не прошло незамеченным, но они продолжили собственный разговор, как ни в чём не бывало, разве что Станислава выдавила неприятную ухмылку. Но я не была уверена, относилось это ко мне или к Виктории.
— Я говорю, что это слишком важная птица, — девушка подняла дриаду выше, чтобы все могли её увидеть, и Люциана, — она кивнула на девчонку, которая с опаской наблюдала за происходящим, прижавшись спиной к кипе бумаг, — опасается, что Тевич не сможет справиться с той силой, которую хранит в себе Фалана, и тогда…
— И тогда их миру кирдык! — подвёл итог отец Станиславы, положив в качестве поддержки руку на плечо дочери.
Казалось, один и тот же жест и у него, и у Регана. Но насколько разное отношение в них было!
Виктория хмыкнула.
— Да понимаю я! — не выдержала она, резко вскакивая со своего места. — Понимаю, чёрт возьми!
Она шагнула к мужу, на контрасте с которым казалась совсем маленькой и худой, обхватила голову руками и с силой потёрла виски. Михаил попробовал было обнять её, но женщина дёрнулась, не позволяя этого сделать.
— И это — единственная причина, почему я ещё сама не нашла вашу ведьму и не отдала ей дриад! — она резко развернулась, обвиняюще глядя на меня и Регана, словно это была лично наша ведьма, которая так некстати сбежала из нашего мира. И это при том, что мы могли пострадать сильнее всех!
— Вы пытаетесь обвинить в этом нас? — в этот раз я была даже согласна с Реганом, а его подчёркнуто спокойный голос производил впечатление.
Но Виктория лишь сузила глаза, а с её губ сорвался звук, отдалённо похожий на шипение. В этот момент она была похожа на рассерженную кошку! И пришла моя очередь вцепиться в руку Регана, удерживая его на месте, кто знает, вдруг, он бы с мечом на неё бросился.
Тем более, что Виктория в несколько шагов оказалась в непосредственной близости от нас и ткнула пальцем прямо в грудь моему брату.
— Мне нужно, чтобы моя семья, — тихо и твёрдо произнесла она, а потом словно между прочим оглядела всех присутствующих, — куда вы все тоже, кстати, входите, — она смерила особенно грозным взглядом Тамару, Стасю и Василису, — была в безопасности.
Её муж, наконец, подошёл и почти силой отвёл назад, на этот раз заключая в крепкие объятия. Виктория не стала пытаться высвободиться.
— Как тебе идея отправиться вместе с детьми в наш домик? — тихо спросил он.
Женщина кивнула, но в следующую секунду снова нахмурилась и, развернувшись в кольце его рук, приподнялась на носки, чтобы заглянуть мужу в глаза.
— А ты?
Тот покачал головой.
— Я остаюсь. А вот девчонок, — он посмотрел на своих сестер, мать, бабушку и Станиславу, — я бы отправил вместе с тобой.
Все “девчонки” единогласно фыркнули. Станислава сделала вид, что увлеченно разглядывает узор на диване, Василиса скрестила руки на груди, Тамара отрицательно покачала головой. А Анна с Евдокией просто посмотрели на Михаила так, как будто он сказал невообразимую глупость.