Бастардъ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но не вернется Кицуне

А будет трон царицы рядом

Тут меня как током ударило, ведь в моем Мире, Кицуне, это лиса-оборотень из японского эпоса. Ну что же, будем решать вопросы, по мере их поступления.

А волхв, добавил, что, только спася его братца, мы сможем выбраться из Урочища. И никак иначе. Я хотел спросить у волхва, а почему он сам не спасает своего братца, но посмотрев ему в глаза передумал и спросил, а что мол такое Лалангмамена, на что получил лаконичный ответ — Родина. Ох уж эти магические условности.

Зеленый Сусанин, летел перед нами в десятке шагов, на высоте копья всадника искрясь и шипя. Судя по всему, проводник был не только проводником, так как пару раз, выскакивающие из зарослей непонятные существа, похожие на чудовищ, при виде нашего, сразу же окутывающегося облачком изумрудных искр флагмана, по-быстрому исчезали назад в чащобу.

Заросли постепенно меняли свой цвет на более жизнерадостно-зеленый и на них местами даже стали появляться крупные ягоды, но таких же ядовитых цветов, как рыбы на одной давней рыбалке в Кабинде, так что я отдал строгий приказ к ягодам не прикасаться, а то перед глазами стоял давний пример старшины Тарасюка который вопреки приказу, сварил таки, з циих ризнокольорових рибок трохи Ушици, и заработал себе и Акиму длительное расстройство желудка. А когда дорога пару раз вильнув, внезапно уперлась в гостеприимно распахнутые ворота в высоком частоколе, шар мигнул и свечкой ушел вверх, где и завис, что судя по всему означало привал.

Глава 9. Баронесса с зелеными глазами

Деревня состояла из дюжины круглых домов похожих на юрты, окруженных черными розариями и огородиками с кокетливыми палисадниками. В огородиках росли помидоры величиной с кокос, редиска с кулак и всевозможная зелень. Все это было населена некими существами, как две капли похожими на Мастера Йоду, но не в сутанах, а опять же в тирольских шортах и шляпах. На специально огороженной площадке среди пестрых соцветий чего-то похожего на клевер, паслись чистенькие розовенькие свинки, причем на площадке было настолько чисто, что складывалось ощущение, что эти милые животные питаются цветами и оправляются радугой. Главный Йода указал нам две длинных коновязи к которым его односельчане шустро привязывали мешки с зерном.

Но как же этот Йода похож на настоящего, честно говоря, эти дежавю и совпадения, уже настолько приелись, что перестали вызывать интерес. Еще там были непонятные домашние животные похожие на ящериц с восемью лапами и довольно таки натурально лаявшими, они все были в железных ошейниках, а глаза у них были разного цвета и светились даже днем. Джидаи видимо поклонялись Силе, именно в виде нашего Зеленого Сусанина, так как устроив демонстрацию вселенской любви к шару, они переключили свою благожелательность на нас, включая в оную, в сопровождении нас в отдельные комфортабельные комнаты, выглядевшие гораздо роскошнее, чем местные домики снаружи, и абсолютно пиршественное меню, то есть привал легкой кавалерии удался… Почти… «Чуйка» была полностью нейтральна, только на угощения пейзан откликалась легкой белой дымкой и еще была одна непонятка, мы опустошали блюда с домашними колбасами и жареным мясом, и тазики с салатом, но никак не могли наестся.

Когда я проснулся поутру, от тревожного вопля «Чуйки», лошадей не было, впрочем, как и Мастеров Йод, да и самой деревни джидаев тоже, все окружающее развеялось буквально у меня на глазах. Я гаркнул: «Подъем. Тревога. К бою!».

Хорошо, что по бивачному уставу, вместо подушек у всех отрядников были седла, под которыми были переметные сумки, а оружие и колчаны, были под боком. Как мудро говорил мой старый командир, Устав для того и существует, чтобы хлебалом не щелкать. Зато на поляне присутствовала рыжая девица с зелеными глазами, которая сидела на пеньке и с насмешливым любопытством наблюдала за нашим пробуждением.

Мои друзья опасливо на нее уставились, ибо в памяти еще была свежа сцена встречи с Дочерью Лесника (виконт Алекс даже на всякий случай переместился в арьергадпостроения), а я сразу все понял и представившись, пригласил барышню отойти в сторону для приватной беседы, и вот что она мне рассказала…

— «Меня зовут баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен, я сотрудница секретной службы императора Александра, работала под псевдонимом Лисица. Была опоена сонным зельем на приеме у комиссара департамента Ла-Рош-сюр-Йон, по случаю визита туда генерала Бонапарта. После танца с которым выпила бокал шампанского, присела на банкетку, так как у нее закружилась голова и больше ничего не помнит, вплоть до момента, когда очнулась в Вандейском лесу на костре, где меня хотели сжечь, как ведьму. Среди монахов-оборванцев и шуанов, разглядела своего британского «коллегу», сэра Эндрю. Голос дал мне надежду на ещё одну жизнь, заодно обещав подменить меня на костре мерзавцем Эндрю. С удовольствием понаблюдав на визжавшего в огне мерзавца, я перенеслась сюда, и моя новая жизнь началась в теле некоей наемницы, бастардки Аннеты, которая должна помогать некоему тану маркизу. Я естественно согласилась, ибо стать верной и что характерно живой соратницей молодого и красивого маркиза («красивого» я по достоинству оценил и чуть было не зарделся), не в пример лучше, чем быть сожженной ведьмой. Голос много чего мне на рассказывал, но одно я поняла точно, я являюсь неким ключом, причем единственным в своем роде, и без меня к заявленной Голосом конечной точке попасть невозможно, а маршрут до той самой Двери, у меня буквально отпечатан в памяти. Это Мифриловая пещера, куда мы и направимся сейчас. И вот еще что маркиз, изменить вам, причем во всех смыслах, я не смогу физически, как мне объяснил Голос, я строго закодирована и измены просто не переживу» — И тут из ее зеленых глаз хлынули слезы, настолько горькие, что я ей почти поверил (ну чем я хуже Бонапарта, ведь он ей тоже поверил).

У Селены при виде Аннеты-Анастазии, выражение лица, стало как у старой девы, увидевшей в корзинке для вязания дохлую змею, ведь из Прекрасной дамы в отряде, она сразу становилась еще одной из, чем теряла свою уникальность. Григ, уловив своим зорким взглядом игрока, вспышку эмоций, проворчал, что мол и одна женщина в отряде минус, ну а уж две, точно не плюс…На что я ответил, что всё-таки каждый минус — это половина плюса, не меньше, а иногда и больше, особенно если девушки симпатичные, чем вызвал волну мин, гримас и хихиканья, среди своих соратников.

Но большая часть отряда, отнеслась к новой спутницы положительно, тем более, что Аннета, показала нам нычку морлоков с консервами-артефактами, что характерно с маркировкой «Спецрезерв», только без года выпуска, и там были помимо тушенки и каш с мясом, самые настоящие шпроты, которые произвели полный фурор на экспедицию, (было даже допито масло из жестянок).

Как мне потом рассказал Буремир, Морлоки, это была разновидность местных пейзан, из коллекции очередного сумасшедшего колдуна былых времен, которые охотились за конными путниками, заморачивали их и лишали лошадей, после чего исчезали (естественно вместе с лошадьми), а морок естественно развеивался, поэтому мы и не могли насытится их угощением, ибо эта еда была виртуальной. Кстати их домашние ящерки, которые звались Василисками, были ретрансляторами магической энергии, с помощью которой и наводили морок. Такой вот симбиоз. Моя «Чуйка» поздно сработала, потому что по отношению лично ко мне угроза проявилась, только в момент похищения наших лошадок, а до этого «размазывалась» из-за особенностей ретрансляции.

Мы уже заканчивали шпротную трапезу, когда «Чуйка» снова подала сигнал тревоги. К нашему биваку приближалась слабо опасная, но вроде бы не враждебная группа каких-то особей. Это оказались натуральные орки, и по чертам физиономий и цвету, только не очень большие, эдак с половину человеческого роста. Это оказались представители племени Арбакашей, местных извозчиков, о них ходили легенды, но в близи их до нас никто не видел, по крайней мере из возвратившихся. Они управляли большими грузопассажирскими фургонами на огромных колесах, запряженных в самых всамделишных ящеров. Такса на перевозку к любой точке, была две банки консервов с единицы перевоза (я ностальгически вспомнил Тарасюка с его любимой валютой-сгущенкой) а завидя баночки из-под шпрот, Арбакаши снизили тариф вдвое. А я очень кстати вспомнил, что сгущенка у нас имеется, в моем личном НЗ и я решил применить секретное оружие старшины Тарасюка. Завидя бело-синюю банку, орки пришли в дикое возбуждение и после короткого, буквально сорокаминутного торга, мы сошлись на двух банках сгущенки и четырех банках шпрот, за наем двух фургонов до Серого ущелья.

Глава 10. Атака Кентавров

До Серого ущелья, мы добрались почти без приключений, то есть моя «Чуйка» включалась всего три раза. Сначала она предупредила меня о засаде на дубовой аллее, где в кронах гигантских деревьев, нас ожидали странные обезьяны, с серповидными когтями. Мы лихо расстреляли их из арбалетов, не понеся при этом никаких потерь. А второй раз было уже веселее…

Перед нами, и одновременно сзади нас на просеку рухнули деревья, учитывая, что я получил тревожный сигнал заранее, отряд был готов к бою. На этот раз нами заинтересовались натуральные разбойники из сказок Роу и Андерсена, в шкурах, с дубинками и соответствующими рожами. Исключение составил атаман, в ярко желтом сюрко и в рыцарском шлеме с оторванным забралом. Как сказал бы Дарвин, (будь у него мотоцикл): В стае шимпанзе, обладатель красного мотоциклетного шлемы, становится самой доминантной особью», это я к тому, что шлем атамана, был покрашен в ярко красный цвет, причем явно не в мастерской оружейника, и был этот типус вооружен двуручным мечом, который впрочем он держал весьма неуклюже. Но была ещё некоторая неприятная частность… в тылах банды ошивались два субъекта в дворянском платье, и один из них, светился роковой аурой, то есть подлежал зачистке по списку Куратора… Хлёсткий стук арбалетов, затормозил атаку работников ножа и топора, а когда моя шпага блеснула своей коронной кровавой руной Z, оставшиеся в живых злодеи побросали дреколье и одну шпагу. Правда атаман, зарычав и обнажив свой раритетный меч бросился на нас в атаку, но баронет, с криком — Он мой, элегантным ударом своего тяжёлого палаша, снес ему голову, после чего радостно завладел двуручником, приговаривая, что теперь он настоящий рыцарь меча.

Выживший дворянин, на экспресс-допросе показал, что его, ныне покойный приятель, сподвигнул его на эту авантюру, задуманную и проплаченную герцогом Секстом, который мало что был родственником убитого мною князя Орти, так еще вдобавок папашей девицы втянутой доном Григом в стрип-борьбу. Услышав это, Григ виновато сказал, что он никак не хотел ни чего такого, а просто служил высокому искусству, на что Алекс сострил, что мол благородный дон, всё-таки хотел скорее всего «такое чего». Тут как раз прояснилась судьба, пропавшего в день выхода в рейд сержанта арбалетчиков. Его похитили, и под пыткой выяснили все о нашем отряде. А наш пленник, который все это почти добровольно рассказал, попытавшись бежать, освободил нас от целого ряда забот, так как арбалеты егерей оказались быстрее.

А потом началась степь и там не было опасностей, но было много странностей. Во-первых над нами периодически проносились ковры-самолеты, да-да, самые натуральные ковры самолеты, даже кисти развевались. На большинстве ковров были какие-то грузы, в виде тюков и ящиков, но на парочке восседали в креслах какие-то люди. Когда один такой ковер снизился над нами, занервничавший Виконт Алекс, поднял было свой арбалет, но ковер резко ушел свечкой вверх, и после этого другие ковры, стали летать гораздо выше. Ночь упала на степь, минуя сумерки, мы разбили лагерь около небольшого озерца, а скорее пруда формой в виде вытянутого эллипса, которому скорее всего дал путевку в жизнь родник, ибо вода была прозрачнейшей. Ту были и старые кострища, а в зарослях вокруг пруда, было достаточно сушняка, так что было на чем сварить ужин, тем более, что котелки входили в амуницию отряда.

А ночью началось представление… На небе вспыхнули огромные звезды и дюжина разноцветных лун, а по бокам нашего лагеря, параллельно пруду вытянулось две призрачных дороги. Слева был караванный путь, через самую всамделишную пустыню с барханами и по нему бесконечной чередой шли вьючные караваны, тут были верблюды и слоны, огромные ящерицы и лошади, и вообще непонятные животные, но не было видно не одного погонщика. Не обошлось и без дежавю… Между верблюжьим и слоновьим караванами, тащился конвой из четырех грузовиков «Opel Blitz» и двух броневиков «Sd Kfz 221». Ох где-то я уже видел такой мираж. Что характерно, наши бляхи-пропуска, достаточно явственно нагрелись и мне пришлось даже рявкнуть на Грига, Алекса и Селену, которые собрались проинспектировать какой-нибудь караван. Только наши погонщики фургонов были абсолютно спокойны, видимо это зрелище они видели не впервой. На мой вопросительный взгляд, коричнево-зеленый орк пожал плечами и ответил — «Аль Исра валь Мирадж», и я даже почти не удивился.

А справа от нас, был проселок, явно после дождя и его грязь месили бесконечные пехотные колонны, в незнакомой и неузнаваемой бытности и амуниции: Ландскхнеты, Орки, Парадные расчеты Земных армий, Тролли с дубинами, Негры с копьями, Эльфы с луками, Кузнечики на задних лапах с алебардами, и пехота, пехота, пехота. Причем, если от караванов не исходило ни звука, то от марширующих колонн, накатывались иногда волны шумов и порой казалось доносились даже запахи, что было маловероятно, для порядочных миражей.

А через несколько часов после раннего подъема мы достигли крайней точки этой части маршрута, у входа в ущелье, где находился так называемый Воротный замок. О нем много чего рассказывали удачливые артефакторы, и если вычленить из легенд и явных фейков зерно более-менее близкое к реальности, то получалось следующее… некогда там обосновался отряд наемников не поладивший с каким то герцогом чуть ли не лет двести назад, и так тут и прижившийся, а учитывая, что при отряде были маркитантки, получилось вполне жизнеспособное население. А сейчас, этот замок был в осаде, вернее это был уже городок вокруг замка, причем осаждали его, самые натуральные кентавры. Они бодро скакали возле ворот в городской стене и метали в ее защитников дротики, которых у них были целые связки, как в колчанах, так и на стоящих рядом повозках, куда были запряжены так же кентавры. Оказывается, у кентавров бывают и обозные особи, прямо как в муравейнике… Солдаты, рабочие и видимо где-то есть и королева.

Обозники были пегими и более мелкими, в отличие от вороных воинов. На Пегих были грубые пончо из мешковины, а на Вороных красные, расшитые узорами безрукавки и шлемы типа Римских, что меня уже в который раз не удивляло. Караульная служба у кентавров была на высоте и в нашу сторону сразу выдвинулся целый отряд, который был встречен массированным огнем из арбалетов, а когда остальные кентавры, бросили осаждать замок и кинулись на помощь своим, им в спину, внезапно ударили их же обозники, быстро расхватавшие дротики из обоза и очень грамотно их применившие. Попавшие в два огня вороные особи смешались, а когда из замка вылетела ала всадников в кирасах и шлемах, все вылилось в победный финальный бой, похожий больше на избиение. Через час на поле боя, живых Вороных не осталось, пленных ни обозники, ни гарнизон замка не брали, сказалась застарелая вражда. Пегие кстати, оказались особями женского пола, их стойбище было некогда захвачено Вороными, которые вывели под корень всех самцов, а самок взяли в натуральное рабство, в том числе и сексуальное. Так что последним минутам Вороных, было трудно позавидовать. А на замок кентавры напали из зависти, так как на ярмарке в Мордоре (так назывался местный «областной центр»), козье молоко из Замка, превзошло продукт, который привезли со своей козьей фермы кентавры. А так как, то что соседская коза даёт на три литра молока больше твоей, всегда раздражает, все это вылилось в военные действия. А еще Вороные воюют исключительно с Морлоками, которые воруют у них Пегих, но Морлоков, очень трудно найти и застать врасплох. Короче все закончилось грандиозным праздником.

Я сидел на почетном месте, рядом с капитан-комендантом Терцем и узнал от него про Урочище гораздо больше, чем писали и рассказывали наши предшественники, особенно повысилась информационная составляющая речей коменданта, после того как я подарил ему одну из захваченных нами блях-пропусков. Ковры-самолеты, так нас удивившие, летали тут как оказывается везде, но в известных коменданту селениях не садились. Когда в одном из стойбищ Вороных, местные копытные умельцы собрали аркбалисту и вдарили из нее по пролетавшему ковру-самолету, на котором сидел Морлок и корчил им гримасы, то на другой день, стайка ковров-самолетов, засыпала это стойбище бочонками с чем-то очень горючим. В обозе Вороных мы обнаружили два сундучка с магической защитой, набитыми жетонами перехода, которые мы по-братски поделили с комендантом.

Как я понял, это Урочище, было неким коммуникационным центром пространства-времени и тут была практически своя цивилизация, куда люди из мира Империи, допускались весьма избирательно и по очень сложной системе. Комендант, конечно, многое не договаривал, но «Чуйка» благостно молчала, тем более что он обещал проводить нас в ущелье, так как завтра к вечеру, начинается благоприятное время, для этого посещения.

Мои гвардейцы вернулись в лагерь только утром, что было ясно еще вчера, ибо традиция улучшения генетического фонда, путем активного гостеприимства, не нами придумана. На территории лагеря, улучшать генетический фонд остались Алекс с Селеной, и мы с Аннетой. Полночи я рассказывал ей историю России после 1812 года, а вторую половину утешал. Виконт Алекс, будучи в своем амплуа, выпив на празднике больше чем мог, но меньше чем хотел, влез в палатку к Селене, заработал фингал, грамотно притворился тяжелораненым и был оставлен в оной палатке на лечение до утра. Ну а дон Григ остался в Замке и по завистливым слухам, провел вечер и ночь, в апартаментах трех сестер близняшек, племянниц коменданта. Короче все были при деле.

А когда под утро, я процитировал Аннете пророчество, она грустно улыбнулась и сказала, что она его часть и после выполнения задания, мы расстанемся навсегда, если конечно Судьба или волхвы, не занесут меня на Землю времен Наполеоновских войн.