Важным шагом к новой жизни должна стать смена квартиры. Но это требует денег, и я, не колеблясь, выставляю свой мощный стационарный игровой компьютер с широким монитором на продажу, воспользовавшись онлайновыми досками объявлений. Цену ставлю на четверть дешевле, чем стоят аналоги, – деньги нужны срочно.
По моим расчетам вырученных денег должно хватить на месячный съем маленькой новой квартиры, обновление гардероба и месяца полтора-два спартанской жизни, включая оплату тренажерного зала. Есть у меня мысли насчет боевых навыков и прокачки профильных навыков прохождением разного рода курсов и тренингов, но все будет зависеть от успешности моих продаж. В «Ультрапаке» все завязано на бонусы, и без продаж адекватной зарплаты мне не светит.
Звоню текущим хозяевам и предупреждаю, что съеду, как только закончится оплаченная аренда. Выслушиваю причитания хозяйки по поводу того, что не предупредил за месяц, но я объясняю ситуацию и решаю вопрос в свою пользу. Людям нравится, когда ты с ними откровенен. Развод вызывает искреннее сочувствие почти всегда, словно люди проецируют это на свою жизнь, сами это внутренне переживают и печалятся об еще одной разбившейся мечте.
Буквально сразу после этого разговора звонит какой-то заикающийся чувак, интересуется моим компом. Узнав, что он еще не продан, и выслушав, какой это меганавороченный аппарат – хоть шаттлы запускай, настоящая игровая станция, он желает приехать прямо сейчас и, если все в порядке, сразу приобрести это чудо инженерно-дизайнерской мысли.
Готовлю компьютер к продаже – переношу на съемный диск все свои файлы. Процесс не быстрый, успеваю на скорую руку приготовить на обед макароны по-флотски.
К обеду, когда я только собираюсь сесть обедать, приезжает потенциальный покупатель – невысокий паренек в обтягивающей футболке на размер меньше, чем нужно, и коротких шортах, немного дерганый и взволнованный.
Минут десять он просматривает характеристики, прогоняет какой-то тест производительности, а потом начинает отсчитывать деньги, не торгуясь. Что, так сразу?
– Погоди, – делаю попытку соблюсти приличия, – я его давно не чистил, там все в пыли…
– Фигня, я сам, – перебивает он. Ему так не терпится забрать и начать эксплуатацию техники, что он даже не заикается.
– Форматну, не против?
Он обреченно вздыхает:
– Да я с работы отпросился…
– Давай хотя бы быстрое? Дату зачищу и верну систему в исходное?
Он кивает и нервно меряет комнату шагами, нетерпеливо поглядывая на прогресс-бар форматирования и с опаской – на настороженного пса. Какой беспокойный товарищ…
Я изучаю его профиль (Максим Травкин, 24 года, 3-й уровень социальной значимости, замечен в противоправных действиях), а потом, ради интереса, нахожу его профиль в социальной сети. Полистав его ленту, вижу, что комп почти зачищен, беру деньги и пересчитываю. Купюра за купюрой идентифицируются системой:
5000 рублей
Банкнота Банка России образца 1997 года номиналом 5000 рублей модификации 2010 г.
Но к середине пачки описание купюры меняется:
Лист бумаги с рисунком
Размер 157 х 69 мм.
Не понял?! Фальшивка? Щупаю, смотрю на просвет – вроде все в порядке, водяные знаки есть. Кручу банкноту в руке, щупаю бумагу – да, что-то с ней не то. Ладно, отложим пока в сторонку.
– Надо же, как настоящая! – замечаю, что Травкин запаниковал. – Ричи, охраняй!
– Слышь… Ты это… – он снова заикается.
– Что «это»?
– Я пойду, наверное, а то мне уже с работы звонят, – говорит он, зачем-то показывая мне свой телефон оборотной стороной, и делает шаг к деньгам.
– Да все уже почти, смотри – 97 % осталось.
– Я реально тороплюсь! – вскрикивает он. – Я пойду?
– Стой, жди! – вкладываю в голос все двенадцать очков харизмы, а был бы в «дерби», вложил бы на единицу больше.
– А можешь собаку пока убрать? Боюсь я ее…
По голосу чувствую, не врет, боится. Мне же лучше.