– Мы всегда открыты для предложений, Ваше Величество, – ответила Хурнен.
Грейланд повернулась к Марсу:
– Расскажите им.
– Сразу же после попытки переворота я упомянул имперо, что, возможно, нашел способ проникнуть на Край, – сказал он, обращаясь к военачальникам.
– Что? – в замешательстве переспросил генерал Брен.
– В то время как разрушаются одни течения Потока, открываются некоторые новые, временные, вследствие феномена, который мы с моей покойной коллегой Хатидой Ройнольд назвали эфемерностью. Эти новые течения могут существовать от нескольких минут до нескольких лет. Исходя из моих прогнозных моделей, одно из эфемерных течений Потока откроется на Край.
– Ваших прогнозных моделей?
– Да. Когда я впервые упомянул об этом имперо, я только что смоделировал данные и был не слишком уверен в результатах, но с тех пор моя уверенность возросла.
– Насколько возросла?
– Настолько, что я готов полететь туда сам.
– Лорд Марс – один из тех, кто открыл вновь возникшее течение Потока к Даласисле, – сказала Грейланд. – С тех пор он предсказал другие новые течения, существование которых подтверждено местными учеными. Если он уверен в своих предсказаниях, нам следует ему доверять.
По лицу адмирала Хурнен пробежала легкая гримаса, которая тут же исчезла, но Марс все же успел понять ее мысль: «Естественно, ты уверена в его предсказаниях, ты же с ним трахаешься». Взглянув на Грейланд, Марс заметил, что она тоже это поняла и не оценила должным образом мысль адмирала, сколь бы честной та ни являлась.
– Естественно, ни лорд Марс, ни мы не рассчитываем, что вы поверите нам на слово. Данные лорда Марса будут предоставлены вашим ученым для изучения и проверки.
– Кто еще их видел? – спросила Хурнен.
– Никто, – ответил Марс. – Когда я сообщил об этом имперо, она попросила меня обособить эту информацию от данных, которыми я делился с другими учеными. Конкретно этих данных ни у кого больше нет, и ни в чьих других моделях не встречаются эти конкретные эфемерные течения Потока.
– Если только их не видел кто-то еще и не сохранил в тайне, подобно вам, – заметил Брен.
– Возможно, – кивнул Марс. – Единственное, что могу сказать, так или иначе каждый ученый, работающий с этими данными, исходит из моделей, созданных моим отцом и усовершенствованных мной. Я знаю, как выглядит брешь в моих общедоступных данных и как она влияет на выведенные из них модели. С математической точки зрения она крайне мала, но она есть, и я сразу бы заметил, если бы кто-то скрывал те же данные, что и я. Я бы увидел это в моделях.
– Вы в этом уверены?
– Это всего лишь математика, – пожал плечами Марс.
– Вы понимаете, что от вашей математики будет зависеть судьба десятков кораблей и тысяч моих людей? – спросила Хурнен.
– Даже более того, адмирал, – сказала Грейланд. – Судьба миллиардов.
– Да, мэм, – согласилась Хурнен. – В первую очередь, однако, речь идет о судьбе моих людей.
Грейланд кивнула:
– Если данные лорда Марса вас удовлетворят, сколько потребуется времени, чтобы собрать корабли и спланировать кампанию?
Хурнен повернулась к Марсу:
– Где в вашей модели исходная точка течения Потока и каково полетное время?
– Исходная точка – в системе Икойи, – ответил Марс.
– Это родная система дома Лагос, – заметил Брен.
– Да.
– Какие-то проблемы, генерал? – спросила Грейланд.