— Саваззи, это третий из «Омикрона-четыре».
— Они пришли. — Ни радости, ни облегчения, лишь мрачное удовлетворение яхромея, который наконец дождался часа возмездия. — Теперь посмотрим.
Огни на одном из «Защитников» потускнели, и прозрачные голубые снопы рассеянных частиц устремились к трем джирришским бомбардировщикам, все глубже уходящим в атмосферу. Но слишком далеки цели — лучи прорезали атмосферу перед ними, пройдя мимо…
Но внезапно голубые лучи окутались взрывами и все разрастающимся водоворотом турбулентности. Лучи, ионизировавшие верхние, тонкие слои атмосферы, вызвали ураган.
Джирришские бомбардировщики были захвачены врасплох. Ударная волна перегретого воздуха разбросала их, стремительно летящих к планете, в стороны. Прежде чем они смогли выровнять курс, выстрелил второй «Защитник». Этот выстрел опалил правые борта бомбардировщиков.
Бросившись в гущу битвы, как два разъяренных медведя, корабли ушли слишком далеко, чтобы стрелять в третий раз. Но это уже не имело значения — им удалось достаточно замедлить снижение лазерных бомбардировщиков… И Квинн, который за годы службы лорду Кавано научился ценить эффектные поступки, увидел свой шанс.
Он бросил «Ворона» в вертикальное пике даже раньше, чем второй яхромейский корабль выстрелил, даже раньше, чем бомбардировщики успели выровнять свой полет. Когда их пилоты наконец справились с управлением, Квинн уже вышел на основную кривую.
И напал на них.
— «Не знаю, — передавал старейший, заикаясь второпях. — Но они не подходят под описание ни одного корабля человеков-завоевателей».
— Сам вижу, — прорычал себе под нос верховный главнокомандующий Прим-джевев, глядя на пятна белого пламени, несущиеся к нему. Яхромеи, вне всякого сомнения. Причем с оружием, которого он никогда прежде не видел. И похоже, они нарочно оставались в стороне до этого момента. Почему?
Ответ был очевиден. Человеки-завоеватели и их яхромейские союзники не попались на уловку и не испугались неуязвимой корабельной брони джирриш. Они прекрасно знали, какие повреждения наносят их ракеты внутри кораблей… и все, что они делали до этого момента, явно служило одной-единственной цели — ослабить оборону джирриш, чтобы эти два корабля смогли подобраться на близкое расстояние.
И пустить в дело свои голубые лучи…
Неизвестное, невиданное оружие.
«Цирцея»?
Дисплей одного из телескопов показал далекую белую вспышку. Тяжелый штурмовик уничтожен своим преследователем, истребителем человеков-завоевателей. Еще несколько джирриш преждевременно вознеслись к старейшим.
Появился связник:
— «Верховный главнокомандующий, говорит оратор Кув-панав. Это всего лишь корабли яхромейского флота, о котором нас предупреждали мрашанцы. Не уступайте, и они разобьются о вашу защиту».
Прим-джевев зло стрельнул языком. Он в самом пекле битвы, в любую ханну может вознестись к старейшим вместе со всеми своими солдатами и техниками, а оратор Кув-панав только и делает, что отнимает драгоценное время своими претенциозными политическими банальностями.
— Это может оказаться не так просто, оратор, — отрезал Прим-джевев. — Особенно если это то самое оружие, о котором я думаю.
— «Не теряйте мужества, верховный главнокомандующий, — пришел насмешливый ответ оратора. — Сейчас вам нужна ясная голова».
Прим-джевев яростно выбросил язык. Если это все же «Цирцея», то встреча с ней произойдет в самое неподходящее время. Его флот наполовину выведен из строя. И, что хуже всего, эту встречу подготовили не джирриш, а человеки-завоеватели.
Но разве он может отдать приказ к отступлению? Тем более что ни один из старейших, которые будут судить его действия, ничего не знает о «Цирцее»?
Появился связник.
— «Верховный главнокомандующий Прим-джевев, это Высший Клана-над-кланами, — проговорил он. — Приказываю отступить».
Прим-джевев почувствовал, как его зрачки сужаются от удивления. Что это значит?
И тут он понял. Высший следит за ситуацией, он догадался обо всех опасениях и подозрениях Прим-джевева. И, приказывая Прим-джевеву отступать в час кажущейся победы, он берет на себя ответственность и политические последствия этого странного для большинства джирриш поражения.
На дисплее телескопа последний из тяжелых бомбардировщиков превратился в пар… и с ним испарилась последняя причина, по которой флот джирриш мог продолжать эту битву.
— Повинуюсь, Высший, — ответил Прим-джевев. Глубоко вздохнув, он поднял взгляд на теснившихся перед ним старейших. — Верховный главнокомандующий Прим-джевев — всем кораблям, — сказал он. — Прекратить атаку и отступить.
Экипажи лазерных бомбардировщиков заметили, конечно же, приближение «Ворона». Но в этой ситуации они уже ничего поделать не могли. В ближнем бою слабый проблеск целеуказателя, предшествующий лазерному выстрелу, был ясно виден, и даже с одним двигателем Квинн легко уходил от вражеского огня. Его 55-миллиметровая пушка и три оставшиеся ракеты покончили с бомбардировщиками в считанные секунды.
Покружив вокруг роя обломков, он снова направил «Ворона» вверх…