— Я боялся, что ты это скажешь, — вздохнул Тирр-межаш. — К сожалению, я не могу позволить себе потерю ни единого из моих солдат.
— Я понимаю, — кивнул Тирр-джилаш. — Именно поэтому курьером буду я.
Он не дождался никакого отклика от брата. И это означало, что Тирр-межаш ждал такого предложения.
— Это опасно, Тирр-джилаш, — все же предостерег Тирр-межаш через несколько ханн. — Мы имеем дело с человеками-завоевателями. Неизвестно, что они с тобой сделают.
— Поверь, брат, если бы я думал, что неизбежно вознесусь с их помощью в старейшие, то не вызвался бы, — уверил его Тирр-джилаш.
— А как же твоя теория агрессивности? — напомнил Тирр-межаш. — Ты ведь столкнешься с целой группой человеков-завоевателей, а не с отдельными представителями этой расы.
— Но ведь целая группа дала твоим воинам и Кланн-даван-е уйти из того подземелья, — возразил Тирр-джилаш. — Человеками явно управляет нечто большее, чем простые рефлексы и биохимические реакции.
— Но ты все равно не сможешь дождаться в плену конца войны, — заметил Тирр-межаш. — Или человеки прикончат тебя, или Военное командование прикажет мне атаковать укрепрайон и ты погибнешь под ударом.
Хвост Тирр-джилаша задергался:
— Знаю. Я готов рискнуть.
Тирр-межаш огорченно зашипел, посмотрев на Кланн-даван-у:
— А ты ничего не хочешь сказать?
— А что я могу сказать? — произнесла Кланн-даван-а тихим голосом. — Сам видишь, он решился. Кроме того, ты же понимаешь, что другого выхода нет.
— Пока нет, — проворчал Тирр-межаш.
— У тебя целая арка на то, чтобы найти альтернативу, — сказал Тирр-джилаш. — Но если до середины следующей арки мы ничего не придумаем, то придется осуществить этот план. Возможно, что и до этого срока мы не сможем дотянуть — непонятно, что случилось на Окканве и из-за чего Высший рискнул связаться с нами.
— Будем ждать до середины арки, хочет этого Высший или нет, — отрезал Тирр-межаш. — Я не пошлю транспорт на вражескую территорию впотьмах. Даже медлительный и безоружный транспорт.
— Все равно нужно время на подготовку, — согласился Тирр-джилаш. — Ты можешь распорядиться, чтобы на транспорт погрузили кое-какие припасы, в первую очередь еду? Перспектива близкого знакомства с кухней человеков не кажется мне приятной.
— Я об этом позабочусь, — покорно ответил Тирр-межаш. — А еще нам всем понадобится веское оправдание такого шага.
— Например, ты передавал человекам-завоевателям информацию о Сржанте-яновеце, — тихо предложила Кланн-даван-а. — Что он жив и здоров и содержится в хороших условиях.
— Неплохая мысль, — сказал Тирр-джилаш. — Тирр-межаш, что скажешь?
— Об этом я тоже позабочусь, — ответил брат.
— Ну, тогда все. — Тирр-джилаш встал, следя за тем, чтобы его хвост двигался спокойно. Ему не нравился план, как и остальным. Он до сих пор ощущал онемение в шее, там, где Фейлан Кавано схватил при побеге. Человеки — таинственная, чуждая раса. А значит, это совершенно непредсказуемые существа.
Но дело надо сделать. Все сводится к этому — надо идти к человекам.
— Если вы не против, я пойду немного отдохнуть. Арка предстоит хлопотная.
— Я с тобой. — Кланн-даван-а встала и подошла к нему. — Хоть провожу тебя до твоей комнаты.
И, может быть, простится с ним до встречи в усыпальнице семьи Тирр? Но об этом Тирр-джилашу думать не хотелось.
— Конечно, — проговорил он. — Спокойного сна, Тирр-межаш. Увидимся перед серединой арки.
Глава 18
Арик уступил дорогу четырем крупным яхромеям, которые оторвали тяжелую 110-миллиметровую пушку севкоорского производства и рывком подняли себе на плечи. Весила пушка, судя по ее величине, за две сотни килограммов, и Арик приготовился отскочить подальше, если вдруг яхромеи ее уронят.
К счастью, не уронили. Дружно хрюкнув, они втиснули пушку под короткое и толстое аэродинамическое крыло возвышавшегося над ними грузового корабля. Еще двое ждали на временных лесах, и, как только пушку поставили на должное место, заискрила сварка. Вскоре пушка была приварена намертво.