Глава 18
На юге, постепенно заволакивая ночное небо, вздымалась черная масса тяжелых грозовых туч. Кое-где уже вспыхивали отсветы молний, предвещая настоящую бурю.
Дэйл Валентайн, сидевший за рулем, бросил быстрый взгляд в зеркало заднего обзора.
– Ну что, убедились? – сказал он. – А я ведь предупреждал. Двигаться ночью с таким интервалом просто глупо.
– Не суетись, – посоветовал Скайлер. – У них есть карты, и мы знаем, что из Караланда они благополучно выбрались. Скорее всего, они поехали другой дорогой.
– Скорее всего? – фыркнул Валентайн. – Иными словами, они именно так и сделали. А вы, естественно, посчитали ниже своего достоинства сообщить мне об этом.
– Ты так сильно переживал по поводу их некомпетентности, что нам стало совестно лишний раз травмировать тебя, – театрально изобразив смущение, съязвил Ноук, сидевший рядом с ним.
Валентайн ничего не ответил. По мнению Скайлера, Ноук, хотя и утрировал, но был абсолютно прав. За время путешествия аргентянин уже порядком извел обоих спецназовцев своей стервозностью и держался настолько вызывающе, что Скайлеру уже не раз хотелось схватить его за шиворот и вышвырнуть из машины. Ему приходилось сталкиваться с подобным типом людей, и при воспоминании о них первое, что приходило спецназовцу в голову, – это образ занозы в заднице. В бою с ними опасно было находиться рядом, так как они совершали слишком много неоправданных действий и, как правило, погибали раньше других из-за собственной неосмотрительности.
На переднем сиденье Ноук опять сверялся с картой, подсвечивая себе маленьким карандашом-фонариком.
– Далеко еще до Милара?
– Он за этими холмами, в долине, – ответил Валентайн, указывая на темную гряду впереди. – Минут через пять увидите.
Ноук пробурчал себе под нос что-то неразборчивое. Скайлер оглянулся, посмотрел на дорогу сзади. За ними никто не следовал, и лишь вдали от дороги виднелись отдельные огоньки. Спецназовец подумал, что в такую жуткую глухую ночь все добропорядочные граждане уже давно спят, а они, за неимением другого транспорта, вынуждены трястись в этой старой колымаге.
Наконец машина со стонами взобралась на гряду, и перед путниками бесконечной россыпью мерцающих огней предстал Милар.
– Ничего себе, городок, – Ноук почесал затылок. – Сдается мне, что он побольше Караланда.
– По площади, – согласился Валентайн. – А численность населения меньше.
По мере того как они спускались с холма, ухудшался обзор и уменьшалось количество огней. Впереди имелись еще несколько возвышенностей, и Скайлер попросил Валентайна подыскать место, откуда хорошо просматривался город.
– Зачем? – опять заупрямился аргентянин. – Сейчас же ночь.
– Выполняйте! – приказал Скайлер, пользуясь властью старшего группы.
– Есть, сэр, – недовольно произнес Валентайн, сильно растянув звук "э".
Он резко свернул на обочину, так, что машину тряхнуло, и, вздымая облака пыли, затормозил.
– Ноук, дай-ка мне карту, – сурово сказал Скайлер.
Получив крупномасштабную карту и фонарик, он развернул ее на коленях.
– Валентайн, покажи мне еще раз, где находится штаб Радикса.
Аргентянин повернулся и, просунув руку между сиденьями, ткнул пальцем в карту, указывая точку примерно в километре от центра города.
– Здесь, – сказал он.
Скайлер еще несколько секунд изучал карту, потом выключил фонарик и взглянул на Ноука.
– Ну что, видишь?
– Да-а, – протянул спецназовец, – кажется, вижу.
– Что? – настороженно спросил Валентайн, выглядывая в окно.
– Видишь тот затемненный участок, как раз там, где находится штаб Радикса? – спросил Скайлер, указывая на город.