— Тебе плохо?
— Ты имеешь в виду… как обычно? — я пожал плечами. — Я так замерз, что больше ничего не чувствую.
Дел улыбнулась.
— Бедный Тигр. На мне, по крайней мере, бурнус Умира. Хочешь поделюсь?
Я хмыкнул.
— Оставь его себе. Я не любитель бисера и перьев, независимо от их цены.
— Хочешь пройти первым?
— Да, — я скользнул мимо нее, добрался до щели и шагнул к дневному свету.
И к Шака Обре.
— Аиды… — простонал я и упал на колени. Я уронил перевязь, ножны и меч, мучительно закашлялся. — О боги… Дел…
Она тоже вошла, сделала шаг и застыла. Изумленно осматриваясь, она с благоговением прошептала что-то на Высокогорном.
— …уходи… — выдохнул я, — убирайся… уходи…
Шака Обре был везде.
Сила сбивала с ног. Я попытался подняться, но мои судорожные толчки не к чему не привели. Я лежал на животе, вжавшись щекой в крупный светлый песок, и блеск ледяных кристаллов слепил меня. Закрыть глаза я не мог.
— …баска… — простонал я.
Дел не двигалась. Было светло почти как днем. Это и был день: мы стояли под открытым небом. Только я не мог взглянуть наверх, потому что не мог двигаться.
Пальцы сжались, руки дернулись, ноги зарылись в песок.
— Это Шака, — прошептала Дел.
Это я и сам знал.
— Шака везде.
Это я тоже знал.
— Я не вижу его, но он здесь. Я чувствую силу… — она шумно вдохнула. — Значит вот какой вкус у магии?
Откуда, в аиды, мне знать? Я был слишком занят попытками заставить легкие работать, чтобы думать о каком-то вкусе.
Дел опустилась на колени рядом со мной.
— Это Чоса, да?
— Шака, — прохрипел я. — Он знает… он знает о Чоса…
Теплая ладонь мягко коснулась моей спины.
— Ты можешь подняться? — тихо спросила Дел.
— Я так устал, что даже пытаться нет сил.
— Сейчас, — Дел обхватила мое плечо и попыталась меня поднять. — Я помогу…