— Стало прохладнее, — заметил Алрик. — Ну, не буду спорить. Я слишком долго жил на Юге, могу и не чувствовать Северную погоду.
— Это Граница, — напомнил я, пожимая плечами. — Здесь все время то жарче, то холоднее.
— Жарко было час назад, — отрезала Дел, — а сейчас похолодало. Значительно похолодало. И мне это не нравится.
Я посмотрел на отсутствующую крышу, от которой остались только несколько длинных деревянных балок, не успевших сгнить и рухнуть. Из их обломков на полу Алрик и разложил костер, на котором Лена готовила еду. Все четыре комнаты были примерно в одинаковом состоянии, в них свободно гуляли все стихии. Над своей комнатой Алрик привесил пару одеял, но защитить от дождя они бы не смогли.
Дел покачала головой.
— И кости ноют.
Я наивно выгнул брови.
— Может стареешь?
— Один из нас точно стареет, — заявила Дел, покосившись на меня.
— Ешьте, — Лена протянула нам глиняные миски с бараниной и ломти хлеба. — Племена пригнали с собой столько скота, что баранины здесь в избытке, и торговцев много. В Искандаре можно прожить несколько месяцев.
Можно, но я сомневался, что эта история затянется на несколько месяцев.
— Я могла бы поставить силки, — предложила Дел. Фелка и Фабиола тут же выразили горячее желание сопровождать ее.
Я насторожился, заметив в происходящем что-то знакомое, но еще непонятное, а потом вспомнил, как несколько месяцев назад Дел тоже решила поставить силки, а светловолосый мальчик с Границы предложил свою помощь — Массоу, сын Адары, в чье тело вселился Северный демон, едва не погубивший нас.
Локи. Одного этого слова было достаточно, чтобы заставить меня поежиться. Хвала богам за Кантеада, которые запели локи в круг-ловушку и освободили жителей Границы.
— Обязательно сделаем это, но не сейчас, — пообещала Дел малышкам. — Я боюсь, что надвигается гроза.
Лена прижала ребенка к груди.
— По крайней мере самой маленькой не нужно беспокоиться, где достать еду.
— Мне вообще-то тоже, — сообщил Алрик с озорным блеском в глазах.
Порыв ветра ворвался в комнату, рассыпая пригоршни пыли. Ветер был холодный, влажный, предупреждавший о перемене погоды. За месяцы, проведенные на Севере, я успел близко познакомиться с ним.
Дел посмотрела на меня.
— Будет дождь.
Что ж, мы на Границе. День езды отсюда к Югу, и при слове «дождь» люди там только растерянно разведут руками.
— Может быть, — я сделал еще глоток амнита.
— Будет дождь, — повторила Дел ни к кому не обращаясь.
Алрик посмотрел наверх, на два одеяла, привязанные к гнилым доскам, и на сгущающиеся тучи.
Лена поежилась. Рожденная и выросшая на Юге, она не верила в дождь или не хотела его признавать.
— Может стоит поискать дом с крышей?
Светлые волосы Алрика мотнулись по плечам, когда он покачал головой, не отрывая взгляда от неба.
— Таким людям, как мы, дома с крышами не положены… В них живут танзиры.
— Во всех? — удивился я. — Здесь не так много людей — и не может быть так много танзиров. Пока еще.