— Дел… аиды… Дел…
— Что случилось? Тигр, в чем дело?
Я отшатнулся от входа в пещеру, стараясь сдержать тошноту, и попытался увлечь за собой Дел, но она и сама потянулась ко мне.
— Не надо, баска… подожди… Разве ты не чувствуешь?
Не знаю, почувствовала она или нет, но Дел вынула из ножен Бореал.
И я тут же упал на колени.
— Я сказал подожди… аиды, баска… Меня сейчас вырвет…
Но не вырвало. На это просто не было времени.
Я поднялся, шатаясь, сделал шаг или два от пещеры и снова повернулся к ней.
— Там, — выдавил я. — Клянусь, оно там…
— Что там, Тигр?
— То, за чем мы охотимся. Волшебник. Демон. Нечто. Я не знаю! Я только знаю, что оно там, внутри. Должно быть там… и нам нужно войти туда.
Дел внимательно посмотрела сначала на пещеру, потом на меня.
— Я знаю, — раздраженно бросил я. — Думаешь мне туда хочется?
Яватма Дел засияла жемчужно-розовым светом. В ответ заревел дракон.
Не знаю, что это было, но на рев дракона это было очень похоже. Конечно может быть это просто ветер вырывался из пещеры, выл, цепляясь за щели и трещины, а потом, вылетая из отверстия, обдавал наши лица вонью.
— Ну пошли, — невесело сказал я, делая шаг к пещере. — Давай с этом покончим.
Я снова почувствовал тяжесть низких каменных сводов и застыл у входа.
— Что? — спросила Дел. Слова затерялись во мраке.
Я молча ждал, но воспоминания меня не покидали.
Дел открыла рот, чтобы снова задать вопрос, но промолчала.
Позади меня поднималось небо. Ничего я так не желал, как развернуться и шагнуть в это небо. Вырваться из темноты. Подняться на спину дракона, в холодный чистый воздух, где солнце будет светить мне в лицо, пусть даже Северное солнце. Дел терпеливо ждала. Где-то ждали и гончие. Моя туника пропитывалась потом. Я откинул волосы с глаз, глубоко вздохнул и сплюнул, проклиная себя за слабость.
— Тебе нужен свет? — спросила Дел.
Я резко посмотрел на нее и увидел в голубых глазах понимание. Она все помнила, хотя сама там не была. Ей довелось увидеть только последствия.
— Нет, — выдавил я.
— Мне стоит только запеть. Моя яватма даст нам свет.
Я посмотрел на Бореал: бледно-серебристая надежда в полумраке. Свет вливался в пещеру с неба позади нас, но слишком быстро его засасывал полумрак. Это придавало пещере сверхъестественную иллюзорность, ощущение присутствия чего-то невидимого. На стенах переплетались тени.
Свет все бы изменил. Но мы не могли себе этого позволить.
— Нет, — объявил я. — Давай не будем приманивать их на магию.
Она помолчала, а потом нерешительно начала: