– Отвечай.
– Не знаю. Думал, деньги найду.
– Почему не работаешь?
– Работаю. Хозяин не платит. Фарход, земляк мой, разбился. На хозяина наехали, проверки устроили, штрафные санкции, – рассказывает он с жутким акцентом, подолгу подбирая слова, но говорит правду. – Он разозлился, всех зарплаты лишил. Дома семья, денег нет, с этой работы не уйдешь, документы хозяин забрал, тяжело.
– Нож зачем с собой таскаешь?
– А как без ножа? – искренне удивляется он. – Консервы открыть, хлеб порезать…
– Человека пырнуть, ага. Еще кого-то пытался зарезать?
– Нет! – он так мотает головой, что она, кажется, сейчас оторвется. – Шайтан попутал, испугался очень.
– Воровал еще что-то?
Опускает плечи.
– Что именно?
– Цемент.
– Цемент?
– Да.
– Еще что-то?
– Нет, только цемент и твой телефон.
– А из машины?
– Не было там ничего.
Не врет. Его откровенность, как впрочем, и откровенность многих, с кем мне довелось общаться в последнее время, необычна, но для тех, кто беседует с человеком, прокачавшим «Харизму», вполне объяснима. А может, он просто хорошо понимает язык силы.
– Ладно. В общем, так, Турал Агаларов. Я кое-что знаю о тебе. Лет тебе тридцать шесть, жена у тебя Лайло, четверо детей – три девочки и младший сын Гани. Где живут, знаю тоже. Так что веди себя в моем городе прилично. Узнаю, что ты опять хоть что-то где-то… Я тебя найду. Понял?
Он часто кивает, клянется своим здоровьем, детьми и часто упоминает Аллаха.
– Деньги есть?
– Нет, откуда? Если бы были, стал бы я лезть в эту машину?
– Возьми, – сам не знаю зачем, вытаскиваю из бумажника и протягиваю ему тысячную купюру.
Он неверяще смотрит и не берет, ожидая какого-то подвоха. Разжимаю пальцы, и банкнота плавно опускается у его ног. Выводы он сделает сам, а уже к концу дня этот случай, обрастая новыми приукрашенными подробностями, станет известен всей диаспоре.
– Удачи тебе, Турал. Не позорь свою родину, живи по чести.
Выхожу из переулка, оставляя его с разинутым ртом. Штуки рублей не жалко, ему она сейчас точно нужнее, чем мне, а вот внутреннее удовлетворение от поступка наполняет мое сердце чем-то хорошим.
Шагаю по улице, забыв об угрозах Хфора, улыбаясь солнцу, ярко-голубому до прозрачности небу, и всплывшие системные уведомления абсолютно гармонично вписываются в мою текущую картину мира. Мне приходится отойти к стене ближайшего здания, чтобы, не мешая прохожим, спокойно прочитать все, что насыпал мне интерфейс.
Ваша репутация у Турала Агаларова повысилась.
Текущее отношение: Уважение 60/120.