— Безусловно, вы правы. — Риннривин вежливо улыбнулся безгубым ртом, чем опять напомнил ей Таркина. — Подобные ничтожества не заслуживают, чтобы мы о них вспоминали.
Лея жестом пригласила его за столик:
— Прошу вас, садитесь.
С террасы ресторана открывался вид почти на весь город. В теплом свете луны его красивейшие здания отливали золотом. Широкая извилистая река текла через город, сверкая отраженным светом. Уже спустилась ночь, и освещенные окна домов, казалось, парили в темноте.
— Я сделала заказ, — сказала Лея, — хотя, увы, не смогу предложить вам угощение столь же изысканное, как тонирей.
Риннривин галантно склонил голову:
— Позвольте заверить: если в мои руки когда-нибудь попадет еще одна бутылка, она будет ваша.
— Не стоит. Одного бокала было вполне достаточно. Нельзя жить в прошлом.
Лея всегда знала это, всегда помнила, что ей никогда, ни за что нельзя оглядываться назад.
Дроиды-официанты принесли заказанные ею блюда: несколько видов нежного мяса в изысканных соусах, хрустящие, как свежий снег, салаты, супы безупречно выверенной густоты. Лея также заказала несколько жучиных шашлыков, любимого лакомства никто, понадеявшись, что Риннривин не станет предлагать ей попробовать.
К счастью, его интересовало другое.
— Чему я обязан нежданным удовольствием снова видеть вас, Хаттова Смерть?
— Нам столь многое нужно обсудить, Риннривин. Я даже не знаю, с чего начать. — Лея выдержала точно рассчитанную паузу, прежде чем продолжить. — Вы, конечно, понимаете, что я никак не ожидала появления сенатора Кастерфо в тот день.
— Вы выглядели такой же ошеломленной, как и я. — Риннривин коротко рассмеялся, но в его смехе отчетливо слышались досада и злость. — Я отлично знаю таких типов. Молодые. Жаждут славы. Готовы идти по головам, лишь бы выпендриться.
«Несколько недель назад я бы с этим согласилась, — подумала Лея. — Видимо, никакой возраст и опыт не защищают от ошибок».
— Он по-прежнему цепляется за это расследование, будто майнок, хотя от майноков избавиться все же легче. Вот я и решила воспользоваться редким шансом поговорить с вами без… вмешательства сената.
— Весьма разумно с вашей стороны.
— Вы обрели вес в бизнесе очень быстро. Так быстро, что кто-то мог бы подумать, будто вам помогли.
Лея заранее рассчитала огорошить Риннривина прямым вопросом, в то же время не выдав подробностей, которые дало их расследование. Так он растеряется, но не почувствует угрозы. Самым очевидным ответом была бы попытка напустить на себя невинный вид: мол, он сумел так быстро построить свою империю лишь благодаря собственной воле, уму и предпринимательским талантам.
Но Риннривин плавным движением пожал плечами и налил себе еще бокал кореллианского бренди:
— Что я могу сказать? Многие желают разбогатеть, но мало кто готов рисковать ради этого. Тем же, кого риск не страшит открывается много возможностей благодаря тем, кто скромно предпочитает оставаться в тени и готов удовольствоваться меньшим доходом, лишь бы быть в безопасности. — Последнее слово он выплюнул, будто грязное ругательство.
— Так вы… стали искать единомышленников. И когда их набралось достаточно, сумели начать свое дело.
— Все было далеко не так просто. Это потребовало времени, Хаттова Смерть. Времени и трудов. То, что кажется вам мгновенным взлетом, в действительности было венцом многих лет усилий.
Объяснение звучало логично и правдоподобно. Риннривин высказал его непринужденно, даже не без некоторого обаяния. В иных обстоятельствах Лея могла бы допустить, что в его словах есть по меньшей мере доля правды. Но она знала, что он произносит эту речь далеко не в первый раз и отточил ее до блеска задолго до начала расследования.
«Интересно, кто помогал ему репетировать?» — подумала Лея.
Риннривин поднял бокал, словно хотел напитать вино лунным светом.
— Мои старания приносят выгоду всем моим партнерам, Хаттова Смерть, как давним, так и новым. Могу ли я надеяться, что ваше предложение означает шанс на новое сотрудничество?
— Я не беру взяток. — На сей раз она выдержала еще более тонко рассчитанную паузу. — Однако… вопрос в том, сохранится ли сенат в нынешнем виде. Банкетный теракт серьезно дестабилизировал ситуацию. На момент моего отъезда сенат пребывал в состоянии хаоса.
— О, всем известно, что в сенате грядут большие перемены. — Никто ухмыльнулся, обнажив острые и слишком белые зубы. — Вскоре будет избран Первый сенатор. Огромная власть окажется в руках единственного правителя. И по слухам, у вас больше всех шансов победить на выборах.
— Не стоит доверять слухам, Риннривин. Я еще даже не дала официального согласия на выдвижение.