Но на чьей стороне? Это было неясно и породило странное зрелище: бойцы с обеих сторон то обменивались парализующими разрядами, то прислушивались к тому, что им сообщают по комлинкам.
Стрельба смолкла, когда двери ангара распахнулись, явив маленькую фигурку генерала в сопровождении С-3РО и нескольких солдат и пилотов — один из них тащил на плече бесчувственного По Дэмерона.
В ангаре повисла тишина.
— Я только что встала на ноги и, если ни у кого нет возражений, хотела бы на них остаться, — тихо произнесла Лея.
Она вышла на середину ангара, оказавшись между противоборствующими сторонами, и уперла руки в бока.
— Итак, где вице-адмирал Холдо?
Холдо вышла из-за штабеля ящиков, и две женщины некоторое время глядели друг на друга.
— Эмилин.
— Лея.
Они обнялись. Медленно, по одному, по двое, солдаты и пилоты с обеих сторон начали убирать оружие и подниматься на ноги.
— Мы скоро приземлимся, — сказала Лея, когда объятия закончились. — Если Первый Орден последует за нами, я бы посоветовала всем стрелять в одном направлении.
Она отошла от Холдо и начала что-то обсуждать с Д’Эйси. Вице-адмирал руководила погрузкой. Бросив по сторонам несколько робких взглядов, верные ей бойцы и мятежники поняли, что пора браться за дело. Они, забыв о своих разногласиях, принялись вместе таскать коробки.
Холдо убедилась, что По дышит, а затем дала знак паре солдат отнести его на борт одного из транспортников. Она повернулась к Лее.
— А он смутьян, — сказала она. — Мне такие нравятся.
— Мне тоже, — с улыбкой отозвалась Лея. — А теперь иди на свой транспортник.
Эмилин взглянула на давнюю подругу, задрав бровь:
— Чтобы транспортники могли уйти, кто-то должен остаться и управлять крейсером.
Лея посмотрела на Холдо с выражением, которое та знала слишком хорошо. Она видела его на Алдераане, в юности, когда они путешествовали в поисках собственного пути, в Молодежном парламенте на Корусанте и во многих помпезных залах во времена, когда Сенат Новой Республики кочевал с планеты на планету. Ее подруга выстраивала аргументы и готовилась произнести речь.
Эмилин не сомневалась, что это будет прекрасная речь. Но время речей прошло.
— Боюсь, что я выше вас по званию, принцесса, — заметила она мягко, но многозначительно. — И адмирал идет ко дну вместе со своим кораблем.
Лея остановилась и опустила подбородок.
— Так много потерь, — тихо сказала она. — Я больше этого не вынесу.
— Ну конечно вынесешь, — ответила Холдо, и Лея удивленно подняла глаза. — Ты же сама меня этому научила.
Лея взглянула на вице-адмирала почти с улыбкой. В иной ситуации она бы даже рассмеялась — искренним, задорным смехом, что редко, если вообще когда-либо раздавался во время ее нескончаемых встреч на высшем уровне, дебатов в Сенате и военных совещаний. Но Эмилин всегда оказывала на нее такое влияние — у нее был дар говорить такие вещи, что неправильное превращалось в правильное.
Ей будет не хватать этого. Ей будет не хватать ее.
— Да пребудет... — начала Лея и услышала, как подруга произносит те же слова.
Они умолкли, уступая друг другу.
— Твоя очередь напутствовать, — сказала Лея. — Я произносила эти слова слишком много раз.
— Да пребудет с тобой Сила всегда, — с улыбкой ответила Холдо.
Лея положила ладонь на руку Эмилин, а первые транспортники натужно оторвались от палубы ангара и вылетели в космос.