Осматриваем нападавших. Те занимались установкой ещё одной минной ловушки и заметили наше появление слишком поздно. Не могу определить кто это. На броне никаких обозначений. Лица европеоидные, белые. Американцы? Англичане? Немцы или французы? Хотя нет, кажется, кто-то мне говорил, что игравший за Францию Игрок слился и последние семьдесят лет французская нация находится под управлением ИИ. В любом случае сейчас не время для размышлений. Нужно идти дальше.
Слышно, как ниже, в нескольких местах, идёт бой. Короткие, злые очереди отдаются гулким эхом в пустых коридорах. Звук разлетается далеко. По указанию Кати делимся на команды по пять человек. Я, Лариса, Пашка, Денис и Лена идём к центру управления ядерным реактором подземного города. Сейчас реактор находится в спящем режиме, вырабатывая проценты от своей полной мощности. Он прекрасно защищён и почти безопасен. Но всё-таки, если очень сильно постараться, то его можно испортить. Нет, не взорвать, а всего лишь окончательно заглушить. Но и так очень мало хорошего. Без энергии подземный город станет практически бесполезным.
Сверяясь со схемой коридоров, идём быстрым шагом. Денис впереди, Ленка позади, остальные страхуют.
Едва заметное движение по курсу, но сенсоры дворы улавливают и обводят красным. Денис стреляет. Мелкий, похожий на паука, дрон разлетается осколками. Плохо, нас заметили.
Секунду стоим, ощетинившись стволами. Затем, как учили, торопливо стараемся убраться подальше от засвеченного места, сворачиваем в соседний коридор, откуда тоже есть путь к центру управления энергоснабжением города.
Попытки скрыться тщетны. Едва завернув за угол, Денис отпрыгивает назад, сопровождаемый треском очередей. Пашка и Лариса, практически синхронно, бросают гранаты. Ленка ощупывает Дениса, трясёт его: -Жив? Ранен?
К счастью всё обошлось. Пару скользящих попаданий броня выдержала.
Я заканчиваю раскладывать щит, который до этого тащил в сложенном виде на спине. Прикрываясь щитом, осторожно выглядываю за угол, но там никого нет. Противник решил отступить. Сбежал или заманивает нас в западню? Не важно. Наша задача - отбить центр управления энергоснабжением и удерживать его.
Идём дальше. Ходить с разложенным щитом неудобно, но что поделать. Лучше так, чем нарваться ещё на одну огневую засаду или получить в живот выстрел из гранатомёта.
Проходим мимо старой, потускневшей надписи на стене печатными буквами: «Боец, берегись. Враг может быть ближе чем ты думаешь!». Несмотря на напряжённую обстановку не могу удержаться от улыбки. Но всё-таки действительно, следует поберечься.
Впереди слышна пальба и хлопки гранат. Где-то совсем рядом развернулось сражение. Центр управления энергоснабжением уровнем ниже, но звуки боя доносятся из другого места. Необходимо решить продолжить ли выполнение полученного задания или сначала помочь своим, а затем уже идти к центру управления? Связаться с Катей и спросить у неё совета невозможно. Дальняя связь надёжно глушится, а внутренняя сеть подземного города недоступна. Кое-как разговаривать друг с другом получается на расстоянии не дальше полусотни метров.
-Сначала посмотрим кто там стреляет, -говорит в общем канале Лариса, пробиваясь сквозь трех помех.
Кивая, я иду вперёд, проходя мимо спуска на нижний уровень.
Длинный коридор практически весь усеян телами нападавших. Их здесь осталось лежать где-то десятка три, не меньше. Тела будто бы разорваны изнутри, словно вся кровь несчастных вдруг разом вскипела, а кости разлетелись осколками. Как такое могло произойти?
Но долго разглядывать трупы не дают звуки совсем близкого боя. Кто-то лупит из чего-то более крупнокалиберного чем обычный автомат. Короткие, в пару патронов очереди, попадают в стены, порождая громкое, взаимно перекрывающееся эхо.
Ленка снимает и подбрасывает разведывательного дрона. Маленький летающий беспилотник деловито жужжит зависнув на уровне лица, ожидая указаний. Такой дрон у нас всего один на пятёрку, поэтому приходится заботиться о его сохранности. Получив команду, беспилотник заворачивает за угол и летит дальше по коридору, стараясь держаться у самого потолка, где он менее заметен. Впереди пост из двух человек. Они замечают наш дрон и сбивают его. Но перед тем как они успевают подготовиться, сразу четыре гранаты из подствольников отправляются в короткий полёт. Взрывы не успевают стихнут, как мы дополнительно поливаем очередями и без того упавшие на землю фигуры. Пост уничтожен, но теперь те, что ведут бой дальше, зажимая наших в районе жилого подуровня для энергетиков, знают, что мы хотим ударить им в спину и успевают подготовиться к встрече с нами.
Времени на раздумья совсем нет. Время дороже золота. Всей кожей ощущая, как проходят, пропадают драгоценные мгновения, я бегу пока не выбегаю на относительно широкое пространство. В общем зале, куда сходятся не меньше четырёх коридоров, стоит крупнокалиберный пулемёт, нацеленный на один из выходов, к счастью не тот, из которого выбегаем мы. Врагов примерно полтора десятка. Большая часть из них держит под прицелом тот же выход, куда смотрит пулемёт. Но некоторые успевают обернуться и какое-то невыразимо короткое мгновение мы смотрим друг на друга. Потом я нажимаю на курок. Мои друзья стреляют. Они стреляют. Пулемётчик пытается развернуть свою бандуру, но не успевает, ловит очередь и складывается будто переломленная пополам соломенная кукла. Бой в закрытом пространстве это всегда лотерея. Внезапный встречный бой в закрытом пространстве на короткой дистанции лотерея вдвойне. Кто погибнет, кто останется жив выбирает случай и всё твое умение может лишь немного изменить вероятность в твою пользу.
Нам везёт. Я понимаю, что до сих пор жив и, кажется, даже нигде не ранен. Одновременно с нашей атакой, как только замолчал пулемёт, те, кого враги зажали в тупиковом туннеле атаковали тоже. Получился слаженный удар с двух сторон. Враги все перебиты. Или неподвижно лежат или корчатся на полу. Только одна фигура стоит почти в центре зала, как будто памятник на городской площади. Перевожу ствол на неё, стреляю, но она словно заговорённая, пули проходят мимо.
Ко мне подключаются Ленка и Пашка. Втроём мы поливаем длинными очередями, но пули словно живые, летят куда угодно, только не в последнего оставшегося противника. Он выбрасывает вперёд руку и, внезапно, граната в подствольнике у Ленки взрывается. Её отбрасывает в сторону, меня и Пашку тоже. Но не успевает последний оставшийся враг ничего сделать как на выходе из туннеля появляются солдаты и, присев на одно колено для устойчивости, раз за разом полосуют чужую фигуру короткими очередями на один-два патрона.
Они стреляют, но он всё не падает. На секунду мне становится страшно. Подсвеченная красным цветом в дополненной реальности фигура противника представляется инфернальной и бессмертной. Но следом за солдатами, из туннеля выходит Мокошь. Одно движение её руки и казавшийся неуязвимым противник взрывается изнутри, также как все те тела, которые мы видели недавно.
Пытаясь разобраться где у меня руки, а где ноги и всё ли цело, поднимаюсь и открываю забрало шлема.
-Быстрее, в центр управления энергоснабжением, -командует Мокошь. -Нельзя им позволить окончательно заглушить реактор!
-Кто, кто это был?! -выдавливаю из себя слова.
Древняя богиня не удостаиваем меня ответом, но идущий следом за ней один из оперативников коротко бросает: -Один из апостолов.
Какого хрена у противника есть эти непонятные апостолы, а у нас нет? -думаю я. -Не принимать же в расчёт те бесполезные огрызки суперспособностей которыми нас одарил чёрный куб!
Не останавливаясь, Мокошь и её небольшая свита идут к центру управления. Чувствую, как неведомая сила буквально тащит меня следом, требуя, чтобы я шёл и выполнял прямой приказ лидера своей фракции.
Этой непреодолимой силе буквально невозможно противостоять. Меня хватает только на то, чтобы проверить состояние копошащихся на полу товарищей. Пашка - ранен, контужен. Ленка - тяжело ранена. Денис - мёртв. Лариса рядом со мной. Кажется, будто я через опущенное забрало вижу её безумный взгляд. Она тоже не может сопротивляться приказу, и мы вдвоём бежим следом за ушедшей вперёд Мокошью, бросив раненных товарищей. Эта сила, непреодолимая сила прямого приказа лидера твоей фракции вытесняет все помыслы и мысли, требуя только лишь одного - во чтобы то ни стало выполнить полученный приказ.
Дальнейшее будто в тумане. Я не чувствую себя собой. Нет страха, как нет и волнения. Из туннеля, вместе с Мокошью, вышло шестеро бойцов. Два оперативника и четверо техников, видимо случайно попавшихся ей по пути и захваченных силой её слов. Плюс я и Лариса. Всего восемь человек. Захваченный центр управления энергоснабжением охраняет неполный десяток. Троих часовых Мокошь взрывает изнутри. Не успевают их останки стечь по стенам, а я уже вбегаю внутрь. Гранату вперед себя не бросаю, так как следует, по возможности, избегать дополнительных разрушений. Вместо этого, едва вкатившись внутрь, не выпрямляясь, с пола, открываю прицельный огонь по подсвеченным красным цветом человеческим фигурам. Каждый мой выстрел бьёт точно в цель. Ни одного промаха.
Вместе со мной, в комнату, влетает Лариса, используя свою способность к кратковременной левитации. Из необычного положения под потолком, она, как и я, расстреливает замешкавшихся противников, не тратя ни единого патрона даром. Следом за нами вламываются оперативники и техники, а за ними входит Мокошь, но к её появлению уже всё закончено. Остались лежать только трупы захватчиков. Второго апостола среди них здесь не было.
Из меня будто выдернули разом все стержни. Сила выполненного приказа отпускает. Я вспоминаю об оставшихся лежать в коридоре раненых товарищах и бегу назад. Вместе с Ларисой мы встречаем на половине пути оклемавшегося Пашку. Он тащит за спиной Ленку. Но когда я снимаю её, а Лариса, расстегнув броню, пытается оказывать первую помощь, мы видим, что Ленка уже умерла.