Лицезрев картину в виде полураздетой Миры с час назад, Леви молча встал и удалился в свою комнату, подперев дверь стулом (в их временном пристанище замков, к сожалению, не было). «Чай жалко», — думал он, лёжа на кровати и старательно игнорируя зовущий его голос.
— Рива-а-ай…
«Рано или поздно ей надоест, и она заткнётся», — Леви упорно молчал и изучал невероятно неинтересный потолок.
— Открой дверь, давай просто поговорим…
Леви был терпелив. Ох, он был терпелив уже месяц с небольшим. Он терпел ёбаное «ривай», он терпел свой до невозможности неудобный рост, он терпел внезапно съехавших с катушек Эрвина, Ханджи и свой отряд.
— Ри-и-ивай…
Но сейчас ему хотелось взять собственный плащ и скомкав (кошмар) его в зубах просто орать. Надоело. Устал.
— Иди спать, — грубо сказал он.
— О, так ты меня слышишь? — голос за дверью стал чуть более радостный.
— Я не глухой.
— Не сомневалась, но беспокоилась. Вдруг ты там помер, — ехидство в голосе Миры переходило все возможные границы.
— Иди. Спать. — отрезал Леви.
— Твой чай остыл, между прочим, — кажется, его игнорировали.
— Иди спать, Мира.
— О, ты назвал меня по имени? Как мне это расценивать? — хихикнула она за дверью
Леви глубоко вдохнул. Интересно, убийство сойдёт ему с рук, учитывая, что он лучший воин человечества?
— Мира. Пожалуйста. Иди спать.
— Ты старый зануда, — захохотала она за дверью. Глаз Леви дёрнулся. Но, к счастью, он услышал звук удаляющихся шагов.
«Заснет и я смогу попить чай».
Выждав час и долгожданную тишину, Леви тихо вышел за дверь. Комната Миры была плотно закрыта. Поблагодарив за сей подарок вселенную и богов, в которых, к сожалению, не верил, он захватил чайник и отправился на улицу. Глянув в боковое окно, увидел лишь благодатную тишину. Звёзды хаотичными веснушками покрывали лицо ночного неба, подмигивая и выстраиваясь в замысловатые узоры. Леви любил ночь, Леви любил звёзды. Они были свободны, им не нужно делать выбор, им не нужно ничего. Свети себе да радуй глаз. Никаких забот.
Леви потянул на себя дверь и замер.
«Да сука…» — отдалось в его голове.
Конечно. Ну, конечно, всё не могло быть так просто. На пороге домика сидела Мира. В руках у неё были листы бумаги, на которых она что-то старательно отмечала, поглядывая на небо.
— Я же сказал тебе идти спать, — делая голос как можно более безэмоциональным, бросил Леви.
— А? Чёрт! — Мира явно не ожидала его тут увидеть и дёрнувшись, прорвала карандашом бумагу. — Чего пугаешь?
— Это ты дёргаешься, а не я пугаю, — продолжал выдерживать меланхоличный тон Леви. «Надо же, переоделась», — отметил он про себя, обнаруживая на Мире, славабогам, штаны, белая же рубашка неаккуратным узлом завязана на уровне пояса.
— Всё испортила, — пробурчала себе под нос. Она разглядывала порванный кусок бумаги, пытаясь и так и эдак соединить края, и недовольно морщилась.
«Даже на человека похожа, а не на занозу в заднице», — думал Леви.
— Что ты делаешь?
— Это? — Мира посмотрела на листы в странных разметках.