Нетрадиционная медицина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я вспомнил, что у Хван Цзи остались почти все мои записи, и звонко издевательски расхохотался. Арант вылетел стремительно, как ядро из пушки. Я долго хохотал ему вслед, захлебываясь торжеством и слезами. Мне было уже плевать на всё: на дом, на побег, на допросы, на суд и казнь.

Плевать на всё, ведь уже никакая сила не закрыла бы эту мою дорогу - прямиком в бессмертие.

Глава 19.

Арант еще никогда не был в таком бешенстве! Его колотило, пелена гнева застилала глаза и не позволяла говорить. Тэхон давала им сыворотку из чьей-то крови и гордилась этим! Мерзость какая!

- Да как она... Да что она… Хаоситка! – кое-как выдавил он сквозь рык и, пометавшись по подвалу, ударил кулаком в стену.

Боль немного отрезвила, но кровь всё еще кипела, требовала развернуться и задушить еретичку, а в ушах до сих пор стоял смех - звонкий, торжествующий и полный превосходства. Словно служители Равновесия уже отправились на помойку, а учебники прославили Тэхон. Арант зажмурился, несколько раз выдохнул – почему-то при воспоминании об этом смехе накатил страх, а внутри заворочалось что-то маленькое и мерзкое, будто червяк. Внезапно на ум пришли слова Светозара о том, что хаоситы лечат людей на самом деле… и порой гораздо лучше их самих.

- Она сумасшедшая, - пробормотал Арант, успокаивая себя. – Просто сумасшедшая… Давать внутрь чью-то кровь – это же пакость! Это против природы!

Но что-то – видимо, тот самый червячок – уже ворочалось внутри и куда-то гнало. Арант разозлился, попытался отвлечься на хор и работу, но даже в книгохранилище, среди берестяных книг и свитков, у него это не получилось.

- Всё-таки удобная эта штука – карточки и эта… картотека! - восхищался Илья, быстро заполняя тонкие странички. – Всё по именам и годам разложишь, достанешь – вот и вся история перед глазами. Не надо ничего выпытывать, переспрашивать… Сразу видно, чем и когда лечили… Дуняша, Вольга, да вы просто умницы!

- Это не мы, - пискнула Дуняша.

Вольга, почему-то на редкость молчаливый и смурной, бросил на неё предупреждающий взгляд, отчего девчушка покраснела и замолчала. Арант моментально вспомнил, под чьим началом они работали в разгар крупа и кто всем заведовал в лекарском доме.

- И здесь она! – прошипел он злобно.

Мысль, что Тэхон осталось недолго, а дальше жизнь войдет в прежнее русло, почему-то не утешила, а вонзилась в макушку не хуже молнии. Внутри закипело еще сильнее. Не понимая, что с ним творится, Арант в сердцах бросил поднос с чернильницами на стол.

Илья с опаской покосился на него и на всякий случай прикрыл стопку рукой.

- Учти, от картотеки мы не избавимся, - предупредил он. - Полезная придумка. Сам Светозар Людотович дал добро на использование!

Арант медленно выдохнул сквозь зубы.

- Пойду я… прогуляюсь. Что-то мне не очень хорошо.

- Да-да, иди…те, Арант Асеневич, - довольно-таки осторожно сказал Илья. – Отварчику с ромашкой и пустырником попейте, спойте пару песен…

Арант послал ему мрачный взгляд, подумав, что совет дали ужасно дурацкий. Ромашка и пустырник в его состоянии – всё равно что мертвому припарки. Вот пара бутылок крепчайшего заморского вина была бы в самый раз.

Илья уткнулся в записи.

- Понял. Из таверны заберу после заката.

- Не пойду, - буркнул Арант и сел рядом с Вольгой, который перебирал целую кучу карточек. – Давай помогу. Что делать надо?

- Отделяю живых от неживых, - ответил он и подвинул кусок бересты. – Здесь считаю, кто, от чего и когда умер. Вот, видите? Дети от года до семи, здесь от семи до четырнадцати, от четырнадцати до тридцати, от тридцати до сорока пяти и старше.

Арант бросил взгляд на бересту, всю испещренную крестиками, и замер, не поверив своим глазам.

- Это за какой срок? – охрипнув, спросил он.

- Как карточки завели, то есть с момента вашего приезда, - ответил Вольга.

- Здесь написано, что на детей до семи лет заведено сто семь карточек, а в погибших – семьдесят три!

- Это я еще подсчет не закончил, - неприязненно ответил Вольга. – И это только та часть, которая пришла сюда. Я спрашивал народ. На самом деле в Приморье от крупа погибли почти все дети до семи лет. До четырнадцати – каждый третий.

- Но… - Арант вспомнил, как в воротах радостно скакал мальчик с такими же глазами, как у Тэхон, следом – что на улицах стало гораздо меньше детей. – Но ведь есть и выжившие…

- Выжили только те, кто пел песню Мороза и испытывал боль, когда болезнь выходила, - Вольга смотрел на Аранта в упор. – Я часто видел рядом с ними Тихона Викторовича… Прошу прощения, я не должен называть это имя.