H-Два-O. Сборник рассказов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Всё еще не веря в происходящее, я сначала ощутил невероятный приступ страха, который после сменило ощущение злости на весь этот чёртов мир. Мы, значит, тут, словно черви сидим и пытаемся цивилизацию спасти, так она мало того, что не особо нам помогает, так ещё и пытается сама себя уничтожить. Какой-то бредовый сценарий конца света. Тем не менее нужно точно узнать, что же всё-таки случилось. Для этого следовало попасть в координационный центр, так называемый «мозг» всего нашего сооружения. Хорошо, что он расположен на значительной глубине, а, значит, взрыв его не задел.

Странно вообще об этом думать, ведь я нахожусь буквально в паре этажей от чудовищной спекшейся «стеклянной» корки. Это всё, что осталось от верхней части комплекса. Но ужас от возможной смерти околачивается где-то на задворках моего сознания. Сейчас мне просто хочется знать, впустую ли мы трудились все эти годы или ещё есть шанс спасти эту планету, полную глупых людей, чьё количество сейчас, похоже, неуклонно сокращается.

Оставив замершего в ступоре Белоголовцева и всё ещё возящегося со своим инструментом ремонтника, я почти бегом устремился к аварийным лестницам. Логика подсказывала мне, что лифты сейчас работать точно не будут, и самый быстрый способ добраться до нужного мне места — на своих двоих.

Проскочив первые десять пролётов, я понял, что не всё так просто, как мне казалось. На моём пути встретились несколько кусков мета-бетона, что огромными валунами лежали прямо на ступенях. И если бы не моё достаточно субтильное телосложение, я бы просто не смог протиснуться в узкую щель между обломками и стеной. А уж трещины самой различной величины беспорядочно змеились по всем поверхностям, что мне встречались на пути. Значит, ударная волна вызвала значительные сейсмические колебания. Хотя, быть может, здесь задействовано другое оружие. Точного ответа я не знал, а гадать за отсутствием проверенных фактов было бессмысленно. Но одно было ясно с абсолютной точностью. Происходящее, действительно, принимало серьёзный оборот. Ведь если даже наш секретный комплекс попал под удар, то что произошло с обычными населёнными пунктами? Мне даже думать об этом не хотелось.

А вот, наконец, и заветный выход на уровень координационного центра. Я вдруг понял, что основательно запыхался, пока бежал сюда. Всё-таки на организме сказывается моё не очень полезное времяпрепровождение в виде постоянного недосыпания и сидячего образа жизни.

Переведя дыхание, я открыл обычную стале-пластиковую дверь и, сделав шаг вперёд, попал в настоящий хаос из мчащихся туда-сюда человеческих тел. Меня буквально подняло этим бурным потоком и понесло куда-то с заносом влево. Поначалу я даже ничего не мог поделать, но вскоре мне удалось различить знакомое лицо и, вцепившись в его плечо, остановить своё движение.

Это оказался Доломир Петрович, куратор одного из отделов по разработке внепространственных способов движения. Мужик он был крепкий — как телом, так и духом — и потому его все уважали. Кажется, это был шанс выяснить, что же произошло. Узрев мою тщедушную длань на своём могучем плече, он одним махом переместил меня в небольшой технический закуток и, глядя сверху вниз, степенно вопросил:

— Тебе чего?

В начале я даже не нашёлся, что и ответить. Лишь мгновение спустя я, собравшись, произнёс:

— Это правда, про войну? Что теперь делать будем? — попытался я сформулировать рой беспорядочных мыслей, что мельтешили у меня в голове.

Сурово взглянув на меня он, чуть наморщив лоб, ответил:

— Да, правда, причём в самом худшем варианте. А делать мы будем, что и всегда. Мир спасать. Вернее, попытаемся.

Я ошарашенно молчал. Наверное, нужно было узнать подробности, что и как, но мозг почему-то упорно не хотел возвращаться в рабочую колею. Вдруг стало зябко и меня затрясло.

Увидев, в каком я состоянии, Доромир Петрович вытащил из кармана лабораторного комбеза мед-капсулу с янтарного цвета жидкостью, и молча воткнул её острие мне в шею. Теплота и спокойствие сразу же разлились по моему телу. Стало уютно и хорошо. К счастью, окружающую действительность я по-прежнему воспринимал чётко и ясно.

— Ну что, помогло? Вижу, что да. В общем, слушай. Через 15 минут у нас состоится общее совещание. Приходи, там всё узнаешь в более конкретной форме.

Я смог лишь кивнуть, подтверждая, что понял его слова. Увидев мой безмолвный ответ, Доромир Петрович быстро развернулся и практически мгновенно растворился в толпе. Мне же ничего не оставалось, как пытаться пробиться сквозь эту человеческую реку к месту проведения совещания. Правда, как оказалось позже, напрягался я зря, так как все и так двигались в нужном направлении. А после звукового сигнала, оповещающего всех об экстренном сборе, меня, как и прежде, «волной» донесло до входа в нужное помещение.

Там уже все располагались, кто где мог. А так как я пришёл одним из последних, мне пришлось стоять. Но жаловаться смысла не было, некоторые вообще толпились за моей спиной, силясь увидеть хоть что-то. Я же, благодаря своему чуть более высокому, чем стандарт росту, мог отлично наблюдать происходящее на импровизированной трибуне.

— Друзья, мы все сегодня собрались вследствие чудовищности происходящего там, на поверхности, — оратор поднял палец, указывая куда-то наверх.

На самом деле его слова имели довольно двойственный смысл. Будто в направлении, указанном им, находился некий рай, куда все так пытались попасть, а теперь он, к сожалению, разрушен и стремиться теперь некуда. Свои мысли я решил оставить при себе, вновь обращая внимание к человеку, вещавшему для собравшихся.

— Все мы знаем, зачем находимся здесь. И пусть у каждого из нас различные мотивы, но цель едина. И несмотря ни на что мы добьёмся своего, пусть и в такой практически безвыходной ситуации. Да, друзья мои, момент, действительно, суровый. Сейчас стоит показать самые лучшие качества, что есть у нас: силу воли, несгибаемый дух, самопожертвование и, конечно, взаимовыручку и товарищескую поддержку, — продолжил он свою невыносимо пафосную речь.

Из толпы послышались выкрики кончать эту пропагандистскую болтовню и переходить к сути дела.

Угрюмо хмыкнув на трибуну, поднялся ответственный за безопасность комплекса некто И.Д. Гринёк. Знал я этого субъекта только по фамилии и инициалам. Они постоянно мелькали в различных официальных документах, которые приходилось часто подписывать. Вот теперь хоть увижу воочию человека, отвечавшего за сохранность интеллектуальной и материальной собственности нашего проекта.

Собственно, напоминал он, скорее, каменную глыбу, нежели обычного человека. Громоздкий, широкоплечий. Казалось, в нём нет плавных линий. Только резкие и обрывистые штрихи. Завершал образ тяжёлый, словно давящий, взгляд светло-серых глаз из-под массивных бровей.

— Итак, перейдём к конкретике. Спасибо, Владислав Игоревич, — чуть заметным жестом он отослал предыдущего оратора и, прочистив горло, продолжил:

— В настоящий момент известно, что нанесены удары по всем наиболее крупным стратегическим целям евразийского материка. Атака произведена как межконтинентальными ракетами с различными версиями боеголовок, так и орбитальным энергетическим оружием. Вследствие чего затронуто множество населённых пунктов, и имеются огромные потери среди мирных жителей.

По его словам, об общей степени разрушений говорить было пока сложно, но уже сейчас понятно, что примерно 70 % всех подконтрольных территорий объединённых правительств превращены в пепел, и дальнейшая жизнь там невозможна. Что касается «противника» (хотя в данном контексте трудно говорить так о людях, совершивших столь самоубийственный поступок), то здесь данные чуть более размыты.

Тем не менее подтверждено попадание как минимум по 4503 целям. Зафиксировано также уничтожение всех важнейших военных баз и пусковых шахт в Северной и Южной Америке. Африка и Австралия пока не учувствуют в конфликте, но это не защитит их в случае срабатывания программы «Мёртвая рука».

Сделав небольшой перерыв в своём отчёте, Гринёк сделал глоток воды из любезно предложенной ему секретарём бутылки. Затем, переждав начавшийся ропот толпы от столь неприятных новостей и чуть повысив голос, вновь заговорил:

— Обобщая всё вышесказанное, могу сказать одно. Нам предстоит преодолеть множество трудностей. Мир вокруг нас решил сжечь себя в собственной ненависти, но у нас есть шанс спасти тех, кто может жить мирно. Не буду долго распинаться. Фронт работ каждый из вас получит от начальника отдела.

— Ограниченность во времени и ресурсах так же ставит определённые рамки, — продолжил он. — Что касается человеческого фактора, то скажу сразу: паникерства и упаднических настроений я не допущу. Официально вводится закон военного времени, так что всё серьёзно. На сегодняшний момент я складываю с себя полномочия руководителя отдела безопасности и принимаю бразды правления всем комплексом, тем самым упраздняя совет директоров и вводя деспотический режим.