Рыжее счастье: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Долго разглядываю себя в зеркало, не понимая, что в моем облике не так. Откуда взялась эта красивая девушка с яркими зелёными глазами? Браслет на моей руке тихо позвякивает подвесками, заставляя меня снова и снова возвращать к нему свой взгляд. Это украшение, похоже, станет моим постоянным талисманом, несмотря на то, что подарил его один вредный сурикат.

Глава 10

Рита с Мишей улетели сегодня рано утром. В обычные дни меня с трудом поднимают с постели тётя на пару с будильником, который орёт басом Тилля Линдеманна на всю квартиру. Но сегодня, в свой законный выходной день, я проснулась сама. В шесть утра.

Причиной столь раннего пробуждения одной закоренелой совы является Платонов. Точнее, его гениальные идеи.

Поездка в Летники изначально показалась мне плохой задумкой. А если вспомнить о погоде на улице и о том, что Платонов упомянул парней вчера… Я очень надеюсь, что сегодня Ден с нами не поедет. Против парня я не имела абсолютно ничего, но вот его сестрицу, которая обязательно за ним увяжется, лицезреть не хотелось.

Платонов забирает меня ближе к одиннадцати. В машине я здороваюсь с Арсом и его очередной новой девушкой, Дашей.

— А что, парни не поедут? — пробую выведать невзначай обстановку.

— Илюха точно собирался, сказал подъедет чуть позже. Остальные слились.

Арс пожимает плечами, а на моём лице расцветает улыбка.

До Летников мы добираемся чуть дольше, чем обычно. Снега за ночь прибавилось и дорога в некоторых местах всё ещё не была очищена. Если бы Рита узнала, в какую погоду мы поехали на трассу, открутила бы мне голову. Врать тёте я не люблю, но сейчас они всё равно ещё в самолёте, поэтому расскажу ей о поездке немного позже. Скорее всего, когда она вернётся в город, а то ещё надумает покинуть острова раньше времени. Хотя нет, ей ведь волноваться нельзя. Расскажу после родов, а лучше, когда малышу будет годика три. Так надёжнее.

Пока я обдумывала свой идеальный план, мы потихоньку начали подниматься в горку. Мне уже были видны яркие вывески и я, предвкушая весёлый отдых, потирала ручки.

Парни сразу стали разгружать мотоциклы и одевать защиту, а я сидела в машине и отчаянно пыталась не смотреть на загорелый пресс Платонова. Сурикат от природы имел слегка смуглый оттенок кожи, что делало его чертовски сексуальным.

— Я не знала, что вы начали встречаться, — Даша мило улыбается, замечая мой взгляд, а я готова сквозь землю провалиться от стыда.

Возьми себя в руки, озабоченная самка богомола! Пускать слюни на Платонова ещё не хватало!

— Нет, Даш, мы не встречаемся. Мы вообще друг друга едва выносим. У нас очень шаткое и временное перемирие, — пожимаю плечами, всем своим видом выражая вселенскую невозмутимость. Даша слегка улыбается и делает вид, что поверила мне.

К чёрту всё! Мы с Платоновым просто… Просто… Коллеги мы! Однокурсники, но никак не пара. И если окружающие вдруг подумали обратное — на здоровье! Переубеждать каждого я не собираюсь.

— Садись, пчела! Сделай со мной разминочный круг!

Когда я выхожу из машины Платонов подаёт мне второй шлем и очки, но мои руки сжимаются в кулаки и тело деревенеет на глазах. Парень ставит мотоцикл на подножку и быстрым шагом направляется ко мне.

— Давай, Алиса, тебе давно пора перебороть свой страх. Иначе он будет мучить тебя всю жизнь, — парень надевает мне на руки перчатки, пока я решаюсь на отчаянный шаг, — не бойся, пчёлка, мы поедем медленно. Просто попробуй расслабиться и довериться мне.

Расслабься и доверься! Легко сказать. На деле всё гораздо сложнее. После травмы я ни разу не садилась на мотоцикл, не доверяя собственному телу. А тут мне предстоит на пару минут вручить свою жизнь парню, который только недавно подкинул мне в сумку крысу.

Доверие очень странная штука, которая может возникнуть после пяти минут знакомства, а может так и не появиться за долгие-долгие годы, к собственным родителям.

Для меня стало открытием, но Платонову я доверяла. Причём доверяла на каком-то подсознательном уровне, с лёгкостью принимая его помощь и ожидая, когда он сам займёт место позади.

Платонов привычным движением несколько раз резко нажимает на кикстартер, затем перехватывает мою ладонь и опускает её на сцепление. Мои ладони жутко вспотели, я чувствую это даже через плотные перчатки. Жуткое волнение, но абсолютно никакого страха. Рука Платонова поверх моей ладони прибавляет уверенности. Я поднимаю рычаг скорости вверх и мы трогаемся с места.

На пару секунд глаза закрываются, а в голове раз за разом всплывают картины из прошлого. Платонов двигается ближе ко мне, слегка задевая шлемом плечо. Управление мотоциклом он берёт на себя, и я пытаюсь расслабиться. Даю себе мысленную пощёчину, и напоминаю одной испуганной девушке, кто тут спортсмен и сильный духом человек. Помогает не особо, зато я всё таки открываю глаза. Через стёкла очков я разглядываю заснеженные ели и сосны, которые красиво расходятся перед нами. До сих пор наизусть помню каждый поворот на трассе, и тот жуткий обрыв, что сейчас открывает свою пасть справа от меня. Но страха нет, есть только постепенно нарастающее чувство счастья и детского восторга. Я резко вскидываю руки вверх, когда мы прыгаем через очередной трамплин и смеюсь, как последняя сумасшедшая. Эту поездку я запомню на всю жизнь, неизменно связывая её с необычным парнем, который помог мне справиться со своим главным страхом. Кто бы мог подумать…

Мы возвращаемся к машине примерно через пол часа, и как только Платонов глушит мотоцикл я спрыгиваю в огромный сугроб, прямо в шлеме.

Дима резко бросает мотоцикл, даже не поставив его на подножку и быстро спешит мне на помощь.

— Ты как? Всё в порядке? — он даже помогает мне снять шлем и с беспокойством заглядывает в глаза. Меня же хватает лишь на дикий смех и безумные слёзы облегчения. Что же ты творишь, Платонов?

— Черт, Алиса! Скажи хоть слово! Тебе больно? Или испугалась?! — он так до сих пор и не понял, какой поступок совершил для меня.

Обещаю себе, что это лишь минутная слабость и знак благодарности сурикату. А в следующий момент, поглотив наконец вопящие крики мозга, я тяну Платонова за руки и он приземляется прямо на меня, смягчив падение локтями.

В глазах парня отражается беспокойство и непонимание, и пока в сознание не вернулся весь его сарказм, я аккуратно целую его в губы.