– Его холопы и позаботятся. Коль скоро они тут, – пожал плечами князь.
– А кто теперь будет владетелем его земель?
– Наследников у него нет, так что земли и холопы отойдут в княжью казну.
– Могу ли я выкупить семью этой женщины?
– Зачем тебе это, если ты не Лешек?
– Я уже многие годы честно торгую своей кровью, и лью чужую. Серебро легко приходит в мои руки, и течет сквозь пальцы. Так отчего бы и не помочь той, которая похоже лишилась опоры в жизни. Ну и коль скоро я так похож на ее мужа, выкуплю, помогу купить все нужное для хозяйства, – Михаил подбросил на ладони оба мешочка с монетами, – и осядут они вольными пахарями.
– Желаешь обзавестись своим домом?
– Не-эт, князь. Вот уж к чему у меня не лежит душа, так это к пашне. Но сын этой молодки уже почитай взрослый муж, так что управится с хозяйством.
– Женщина сколько у тебя детей? – поинтересовался князь.
– Есть еще сын тринадцати лет, да две дочки помладше.
– Ясно. Пятьсот дирхем, – озвучил свою цену Владислав.
Не ломит цену. Понимает, что воин собирается выделить еще и деньги на обзаведение хозяйством. Глядишь, появится хутор с вольными пахарями, отчего казне опять прибыток. Михаила же устраивало то, что он окончательно закроет вопрос с семьей реципиента, и больше не будет об этом вспоминать. Дальше сами. Его совесть чиста.
– Кому занести серебро? – поинтересовался он.
– Казначею, – уже потеряв интерес к происходящему, ответил князь.
Поднялся и удалился в свои палаты. Княжий суд закончился, а потому и народ начал разбредаться. К телу Милоша подошли его холопы. Михаил протянул им несколько монет, чтобы все сделали по христиански.
– Дурья башка. А ить я его предупреждал, – провожая холопов уносящих труп, произнес приблизившийся Зван.
– Каждый сам кузнец своей судьбы, – пожал плечами Романов.
– Я вот чего думаю-то, Михайло, если ты не Алешек, то нахрена тебе сдалась его баба и дети? – не без любопытства произнес балагур.
– Так сказал уж. Меня носит по белу свету, как ветер лист. Ни тепло от меня никому, ни холодно. А так, хоть что-то за спиной останется. Пусть и не мое.
– Ну так женись. У нас поди и женатые дружинники есть.
– Это что же, привязать себя к Червеню? Не-эт, мне такого счастья и даром не надо если подкатить под бочок какой вдовушке, да пожить какое время, это пожалуйста. Но не больше.
– Наш человек! – удовлетворенно констатировал Зван.
Глава 8
Засада
– Свободен, стало быть, – подойдя к Михаилу огладил бороду Горазд.
– Свободен, – улыбаясь, подтвердил Романов.
– Вот и ладно. А то разбирался бы тут сам по себе.
– То есть, ты меня оставил бы в порубе?
– У меня приказ князя, если ты позабыл. Так что, если бы суд состоялся не сегодня, а даже завтра, то мы в любом случае вышли бы на рассвете.
– Разует, что мне не придется вас догонять. А то ведь и лошадь поди забрали бы.
– А чего ее оставлять, – пожал плечами десятник. – Как суд завершится, неведомо, а лошадь поди из княжьей конюшни.