— Я понимаю это, и ты прав. Поэтому даю тебе слово, что успокоюсь.
— Успокоишься? — рассмеялся он. — Ты, видимо, не улавливаешь суть дела, мой друг. Фильм твоей малышки Олив? Тот, частью которого ты с таким удивительным рвением хочешь стать? Забудь о нем. Как только это видео станет достоянием публики, студия откажется от твоей кандидатуры. Я уже говорил тебе, что у них есть ограничения. Они даже не хотят, чтобы у тебя были отношения на время съемок и рекламы фильма. Как, по-твоему, они отреагируют на выложенное в сеть видео? Прямо накануне объявления о твоем участии в экранизации?
Я выпрямился.
— Ты сам мне сказал, что им больше никто не нужен. Они хотят только меня на роль Айзека.
— Да, Джейсон, — он кивнул и издал саркастический смешок. — Именно это я тебе и сказал. Удивлен, что ты вообще меня слушал.
Он перестал улыбаться и одарил меня тяжелым взглядом, ожидая чего-то.
Смысл того, что он пытался донести, наконец-то дошел до меня, и я вскочил с места.
— Она подписала контракт, черт побери! Они не могут отказаться от него только потому, что я облажался. Это не имеет никакого отношения к книге Олив.
— Ты прав, не имеет. Но какое им дело? То, что Олив подписала контракт, еще ничего не значит. Это всего лишь права на экранизацию. Ты знаешь, как все это работает; пройдет некоторое время, и права вернутся к ней.
Краем глаза я заметил, как Меган пересела за свой компьютер.
— Они обратились к Олив Тейлор лишь потому, что я пообещал им привлечь к съемкам тебя. Ты прочитал книгу. Я знаю, ты прочитал эту книгу. Задумайся на секунду. Ее словно писали для тебя. Зачем им хотеть заполучить кого-то другого, если ты идеальный кандидат?
Обернувшись, я снова взглянул на него.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Иногда ты бываешь таким тупым, — со стоном сказал он и направился ко мне так, будто подходил к опасному животному. — Ты сказал, что вы с Олив были друзьями детства, так?
Я быстро кивнул.
— Я практически вырос в одном доме с ней. Ее брат был моим лучшим другом.
— Ага, и я предполагаю, что ты и есть прототип Айзека.
— Нет.
— Почему, черт побери, нет?
— Я не употребляю наркотики и никогда не делал этого. Ты же знаешь. А Женевьева — подруга Айзека. Они никогда не жили в одном доме. Олив была… — несмотря на то, что она была моим другом, я не смог произнести этого, — Олив была сестрой моего друга. Это совсем другое.
Том закатил глаза.
— Ну и что? Она писатель, и использует свое воображение. Та версия тебя употребляет наркотики. Эта версия тебя трахает все, что движется. На публике. Та версия тебя — ее друг. Эта версия тебя — друг ее брата. Это то же самое, черт возьми! Фильм не о наркотиках. Он об Айзеке и Женевьеве. Возможно, она хотела написать историю со счастливым концом для мальчика, в которого была влюблена еще ребенком. Откуда, черт возьми, мне знать? — тяжело вздохнув, он понизил голос. — Я лишь говорю, что руководители студии хотели на эту роль тебя, поскольку ты идеально для нее подходишь: проблемный ребенок Голливуда, наконец-то влюбляющийся на большом экране. Айзек — это сильная характерная роль; для тебя все изменилось бы. Открылись бы новые возможности. Я хотел, чтобы ты участвовал в этом проекте, потому что, если все получится, это поможет поднять твой имидж в глазах общественности. Ты можешь воспринимать эту роль просто как очередной фильм, но зрители увидели бы больше. В конце фильма они покидали бы кинотеатры, задумавшись обо всех тех душевных страданиях, которые ты пережил. Наконец-то они увидели бы тебя с другой стороны. Они увидели бы человека, способного любить.
— Теперь ты просто пытаешься меня разозлить.
— Ты так думаешь? Назови мне хоть одни твои стабильные отношения за последние несколько лет.
Я провел рукой по волосам и начал расхаживать, словно Том задал мне этот темп.
— Это не значит, что я не способен любить, Том. Ради бога, почему мы вообще говорим об этом? Я просто не ищу никаких серьезных отношений, особенно с теми, кто связан с шоу-бизнесом. И не разговаривай со мной так, словно не знаешь мой график. У меня нет времени на серьезные отношения. И у меня были любовные линии в фильмах, в которых я снимался.
— Не рассказывай мне тут. Ты никогда не был эмоционально вовлечен в отношения на экране. Спать с партнершей по фильму, пока вы бегаете от выстрелов и взрывов, не считается.
Меган махнула нам рукой, и прервала тираду Тома:
— Парни, думаю, вам нужно это увидеть.
Мы с Томом тут же подошли к ней. На экране было видео. Она щелкнула по кнопке «воспроизвести».