«Что это,переписка влюбленных или заговорщиков?»- спросил себя координатор.
Он бесшумно вернулся к началу лестницы и шаркнул по каменной плите. Герцогиня вздрогнула от неожиданности и быстро сунула послание за корсаж.
— А, вот и вы, сеньор Акки! Я уронила платок и, чтобы не беспокоить служанок, послала за ним Пера. Он обожает лазить по веревке.
Она небрежно вынула из-за корсажа платочек и слегка промокнула свой лоб.
— Какая жара, сеньор Акки! А ведь весна только начинается. На ваших планетах тоже бывает так жарко? О, я полагаю, в большинстве случаев…
Она остановилась, покусывая нижнюю губку.
— Я хотела просить вас об одолжении. Я… Не правда ли, это глупо, всегда только оказывать милости и никогда ни о чем не просить? Я не знаю, как это делается. В общем… могу я отправиться на собрание Генеральных штатов на вашей летающей машине?
Акки ответил не сразу. Его так и подмывало согласиться, но он хотел подумать. Придется пожертвовать Роаном, который был ему так нужен… Или же… Да, конечно. Хассил согласится отправиться с герцогом на его корабле. Для того, кто так увлекается археологией- а это у Хассила была семейная страсть, — путешествие под парусами… С другой стороны, он останется в гравилете один с двумя берандийцами, хотя Роан и не обладал физической силой, учитывая его возраст, а юная герцогиня- всего лишь девушка. К тому же, что они могут сделать с аппаратом,управлять которым куда сложнее,чем это могло показаться?
— Я вижу, вы мне отказываете, — сказала она грустно. — А мне так хотелось взлететь, как это делали мои предки, хотя бы один раз в жизни! Наверно, земля наша так прекрасна, если взглянуть на нее с высоты!
В голове Акки сразу возник новый план.
— Вовсе нет, я вам не отказываю. Это вполне возможно, ваша светлость. Но я обещал взять с собой вашего крестного, Роана, а в аппарате всего три места. Правда, я думаю, удастся уговорить Хассила отправиться на корабле вместе с вашим отцом. Однако стоит ли ждать так долго и загадывать? Желаете совершить маленькое путешествие сейчас?
— Сейчас? Вы хотите сказать, немедленно?
— А почему бы и нет?
— Вы серьезно?Ждите меня возле вашей летающей машины. И ничего не говорите герцогу, я за все отвечу сама.
Мгновенно она сбежала по лестнице. Акки гораздо медленнее спустился вслед за нею. Может, во время полета она выдаст себя, подумал он, и я узнаю ее истинные намерения?
Он предупредил Хассила и ждал, опершись спиной о короткое крыло гравилета. Анна появилась в костюме для верховой езды и в сопровождении Бушерана и трех лучников. Она ослепительно улыбнулась Акки.
— Смотрите,капитан,и будьте моим свидетелем. Я отправляюсь с сеньором Акки на несколько часов на прогулку по моему желанию и по доброй воле. Поэтому никто не смеет тревожить его товарища. Мы вернемся до Наступления ночи. Не правда ли? — обратилась она к Акки.
— Несомненно, ваша светлость.
— Прекрасно. Где я могу войти?
Люк открылся.
— Сюда, ваша светлость. Садитесь в правое кресло. Стоп! Ни к чему не прикасайтесь!
Анна живо отдернула руку от рукоятки управления. Акки сел рядом с нею и сам застегнул ей защитный пояс. Наклонившись, чтобы попрощаться с Бушераном, он заметил в его глазах враждебный огонек, который, к счастью, тут же погас. Люк закрылся. Акки включил контакт, взялся за рукоять управления. Неощутимо под влиянием антигравитационного поля аппарат поднялся вертикально вверх. Он оставил далеко внизу самую высокую башню замка, сделал вираж и понесся над морем. Склонившись к правому окну и не произнося ни слова, принцесса жадно смотрела вниз.
Они летели над морем,постепенно набирая высоту. Горизонт расширился, между морем и гравилетом появились облака. Акки повернулся и спросил по-берандийски:
— Ну как? Что вы думаете о вашей земле, если смотреть на нее с небес?
Анна подскочила.
— О, но почему? Почему вы изменили голос?
— Я не менял своего голоса, ваша светлость. В действительности я первый раз нормально заговорил с вами. До сих пор вы слышали только мои мысли.
— Ваши мысли? Значит, вы знаете все, что я думаю?
— О нет! Я не могу уловить ваши мысли, за исключением тех, которые вы сами, желая мне передать, облекаете в слова. Остальные ваши мысли для меня — тайна. И когда я говорил с вами до сих пор таким же образом, ваш разум наделял мои мысли призрачным голосом, который в действительности не существовал.
— Значит, вы беседуете путем передачи мыслей?