– Не обязательно! Кюре неглуп, а поскольку в религиозные дела мы не думаем вмешиваться, можно будет даже привлечь его на свою сторону. Крестьяне? Земли у них будет вдоволь – бери, сколько сможешь! А что касается коллективного хозяйства – промышленность и ремесло нам придется в какой-то степени обобществить, – то это новшество их пока не затронет. Нет, я думаю, что труднее всего придется, когда мы начнем ломать старые, привычные представления. Во всяком случае, сначала будет нелегко. Потом, через несколько поколений, встанут новые задачи, а сейчас нам надо выжить. И если мы начнем со взаимной вражды или допустим анархию и беззаконие...
– Согласен, я с тобой.
– Я тоже, – сказал Мишель, – хотя, честное слово, в жизни не думал, что стану когда-нибудь членом директории!
Первое заседание совета было посвящено распределению «министерских портфелей».
– Начнем с народного просвещения, – сказал Мишель. – Я предлагаю избрать министром месье Бурна. Любой ценой мы обязаны сохранить наше научное наследие. Каждый из наших ученых должен выбрать себе среди школьников наиболее способных учеников и для начала передать им свои практические знания. Теорию будем преподавать потом, самым талантливым, если такие найдутся. Одновременно нужно будет написать учебники, чтобы пополнить библиотеку обсерватории и школы.
– Прекрасно! – согласился Луи. – Предлагаю министром промышленности назначить Этранжа, сельское хозяйство поручить Шарнье, а ты, Жан, будешь министром геологии – это очень важное дело. Месье кюре будет нашим министром юстиции, а учитель – министром финансов: он на досуге изучал политическую экономию. Нам придется выпускать деньги, чтобы было какое-то средство обмена.
– А я? – спросил Мишель.
– Ты организуешь полицию.
– Чтобы я стал полицейским?
– Да. Дел у тебя будет много, и самых трудных: описи, реквизиции, поддержание порядка и прочее. Тебя уважают, это тебе поможет,
– Ну, в таком случае я скоро растеряю все симпатии! А какой пост займешь ты?
– Погоди. Мария Прэль будет министром здравоохранения; ей помогут доктор Массакр и доктор Жюльен. А я, если вы не против, займусь армией.
– Армией? Может быть, заодно и флотом?
– Может быть. Кто знает, что ждет нас на этой планете! К тому же я буду весьма удивлен, если тот мрачный субъект из замка вскоре не даст о себе знать.
Луи как в воду смотрел! На другой день на всех стенах появились листовки, напечатанные типографским способом. Текст их гласил:
"Крестьяне и горожане! Так называемый Комитет
общественного спасения захватил власть, прикрываясь
видимостью демократии. Кто входит в этот комитет? Из девяти
членов только четыре местных жителя! Рабочий, три ученые
крысы, инженер, учитель – вот уже шесть голосов против трех
крестьян и месье кюре, которого против воли втянули в эту
грязную историю. Что все эти люди понимают в ваших законных
требованиях? Только я, крупный землевладелец, могу их
понять. Примыкайте к моей партии! Разгоните клику
самозванцев! Идите к моему замку в Долине!
Жоашем Хоннегер".
Луи усмехнулся:
– Ну, что я вам говорил? Вот видите! Придется принять меры.
Первой такой мерой стала немедленная конфискация всего оружия, которое затем роздали наиболее надежным добровольцам. Их набралось пятьдесят человек; командиром милиции стал лейтенант запаса Симон Бевэн. Этот зародыш армии, несмотря на самое пестрое вооружение, был уже значительной силой.
К тому времени окончательно выяснилось, что мы на планете одни. Инженерам с помощью Мишеля и моего дяди удалось собрать достаточно мощный передатчик. В память о Земле мы дали нашему новому миру латинское имя родной планеты – Теллус. Самую большую луну мы назвали Феб, среднюю – Селена, маленькую – Артемида. Голубое солнце получило имя Гелиос, а красное – Соль. Все эти имена прижились и сохранились до сих пор.