- Арестованы?
- …а также Бартемиус Крауч-младший.
- А это кто?
- Барти. - Дамблдор усмехнулся, однако мгновенно стал серьёзным. - Они долго пытали супругов Долгопупс, надеясь получить от них сведения о Волан-де-Морте.
Скарлетт поморщилась не столько от запретного имени, сколько от содержания поступка этих “знакомых”.
- Видимо, вы так спешили сюда, что не успели прочитать сегодняшние газеты. Что ж, у вас будет время вникнуть в подробности, а пока мы должны решить ваш вопрос. Я намерен переговорить с Министерством и сделать вас двойным агентом. Вы с Северусом станете прекрасной командой.
“Северус… Кажется, какой-то молчаливый Пожиратель, которого не любил Джеймс и который чем-то обидел Лили. Разве он двойной агент?..”
- Терпение, мисс Скарлетт Остин. Скоро вы всё поймёте.
========== Часть 2. Воскресение ==========
Комментарий к Часть 2. Воскресение
С момента завершения событий первой части прошло уже много лет. Скарлетт стала двойным агентом Альбуса Дамблдора и устроилась в Хогвартс преподавать Изучение Древних рун. С Гарри Поттером, который теперь уже учился на четвёртом курсе, у неё сложились очень тёплые отношения, несмотря на то, что Дурсли не позволяли навещать его на Тисовой улице.
И снова первое сентября, снова Большой Зал Хогвартса. Кажется, за последние три года она пережила больше событий, чем за всю жизнь, и всему виной - этот милый зеленоглазый гриффиндорец со шрамом на лбу. Скарлетт с обожанием посмотрела на Гарри: он всегда был для неё как сын.
- Не протри на нём дыру, - шепнул на ухо стоящий рядом Северус. - Ему и без того сильно досталось.
Скарлетт закатила глаза: с этим человеком невозможно нормально общаться. С самого начала стало понятно, что Северус не любит Гарри так же, как когда-то по непонятным причинам не любил Джеймса. Однажды она спросила его об этом, но он заявил, что ей не нужно знать подробности. Ну совсем как Лили и Джеймс! Что у них за общая тайна, которая объяснила бы их кровную вражду?
Распределение прошло, и Дамблдор уже сообщал о проведении Турнира Трёх Волшебников.
- С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе… - произнёс он, а Скарлетт затаила дыхание.
И тут двери Большого Зала распахнулись под оглушительные громовые раскаты. На пороге стоялизвестный мракоборец Грозный Глаз Грюм, которого, как всем было известно, директор пригласил преподавать Защиту от Тёмных Искусств. Скарлетт благоговейно посмотрела на него, поскольку он был кумиром её отца.
Грозный Глаз перекинулся несколькими словами с Дамблдором и направился к столу. Набравшись смелости, Скарлетт подошла к Грюму:
- Здравствуйте, сэр.
Он обернулся и вдруг вздрогнул, широко распахнув свой настоящий глаз, а вторым - волшебным - принялся внимательно изучать её; что-то мгновенно изменилось в его исполосованном шрамами лице.
- Вы… возможно, вы не помните моего отца…
- Как же не помнить, мисс Остин. - Он задумчиво поджал губы. - Это не забывается.
- Спасибо! - От переполнявших эмоций Скарлетт с трудом смогла подобрать простое слово благодарности.
Новость о Турнире приятно удивила учеников, несмотря на разочарование из-за возрастного ограничения. “Тем лучше, - решила она. - Не хватало ещё, чтобы Гарри подвергал себя новым опасностям”.
Вот так начался учебный год, обещавший быть не таким, как все. По крайней мере, письма Сириуса точно вырывали из повседневной рутины.
- Ребекка, наконец-то! - радостно встретила Скарлетт свою ушастую сову, а та заухала в ответ.
“Уважаемая Скарлетт Элизабет Остин, - писал друг официальным тоном, явно насмехаясь, - напоминаю вашей дырявой памяти, что письма иногда перехватывают. Избегайте обращения “мой милый”. Если уж прочитают, то пусть хотя бы не подумают обо мне не то”.
Вечно он подтрунивал. Сириус и Северус - два совершенно невозможных человека, которые, быть может, подружились бы, если б не хотели убить друг друга. В том году Скарлетт убедилась, что их уровень ненависти слишком высокий: Блэка едва не отдали дементорам из-за вмешательства Снейпа. Римус рассказал, как всё было, но она так обрадовалась невиновности и возвращению Сириуса, что даже не упрекнула его в скрытии от тебя такой важной информации до последнего дня. Странно, но и на Северуса она не злилась, привыкнув относиться к нему как к ребёнку, у которого отобрали игрушку. Что он сказал бы по поводу этой переписки?
“Я бы многое отдала, чтобы поскорее увидеть его, - думала она, читая письмо. - Наверное, сильно изменился, но, несомненно, такой же привлекательный”. - Эта мысль почему-то заставила её покраснеть.
***