— Ты все делаешь только по приказу?
— Да, госпожа, — чип в теле надежно блокировал любые проявления воли.
— Подойди, — велела она, — обними меня.
Стив послушно исполнил приказ. Хозяйка прижалась к его груди, крепко обняла его, застыла на несколько секунд, вроде даже дышать перестала, вся словно в статую превратилась.
— Сволочи, — тихо пробормотала она, — уроды, скоты.
Стив молчал. Возбуждающий напиток, который ему дали перед аукционом, все еще действовал. И Стив снова чувствовал желание. Видимо, это почувствовала и хозяйка, потому что отстранилась, попросила:
— Посмотри на меня. Они тебе что-то давали? Для потенции?
— Да, госпожа.
— И как долго это средство будет длиться?
— Еще около суток, госпожа. Или дольше.
— Уроды… Небо, какие уроды… Позвать рабыню для разрядки?
— Нам запрещено, госпожа.
Хозяйка выругалась. Что именно она сказала, Стивен не понял — языка не знал. Но это точно была ругань.
— Иди в ванную, кончи, вымойся, — и хозяйка отвернулась к окну.
Стив покорно зашел в ванную.
На следующее утро приехали бабушка и дед — родственники отца. Они, как поняла Алиса, жили отдельно, за городом, в таком же доме. Высокие, молодящиеся шатен и блондинка, они внешне походили на родителей Алисы, тех, которые остались на Ортоноре.
— Здравствуй, милая, наконец-то ты дома, — с чрезмерной патетикой воскликнула бабушка, женщина худощавая, с зелеными глазами и тонкими чертами лица, крепко прижимая Алису к себе.
Насчет «дома» Алиса поспорила бы, но не при всех. Вот в личном разговоре — да, можно высказать, и то тактично. А теперь, когда в гостиной собрались все родственники, с умилением наблюдавшие за встречей «блудной внучки» со своими предками, лучше промолчать. Алиса все еще мечтала найти способ сбежать с планеты и готова была ради этого и дальше притворяться тихоней.
Рабов в комнату не позвали. Они стояли в коридоре, в той же позе, что и вчера за обедом: на коленях, с раздвинутыми ногами, в кожаных трусах, с заведенными за спину руками, уставившись в пол. Когда подаренный Аписе раб опустился на пол вместе с остальными, она почувствовала непреодолимое желание прибить и отца, и братьев, и президента планеты заодно. Физически сильный мужчина был сломлен и даже глаза от пола поднять боялся. В душу Аписы заполз червячок жалости.
— Завтра, родная, приедет твой жених, — между тем продолжала говорить бабушка. — Влад — хороший мальчик, несмотря на неоднозначную репутацию своего отца.
— Мама, — поморщился со своего места отец Аписы.
— Что? Я не права? Жорж Ларинский тот еще тип. И если бы сын пошел в отца, я никогда не дала бы согласия на этот брак.
Алиса ощутила, как у нее подкашиваются ноги. Ее жених — сын президента планеты?! Нет! Только не это! Она не сможет без отвращения даже в лицо ему посмотреть, не то что замуж выйти! Небо, за что?!
— Милая, — как сквозь вату донесся до нее голос кого-то из родственников, — что с то… — Алиса не дослушала.
Спасительный обморок принял ее в свои объятия.
Глава 12
Хозяйку вынесли из гостиной на руках. Один из ее братьев, блондин, несший ее, на ходу бросил Стиву:
— За мной!
Стив поднялся и, превозмогая боль, смешанную сжеланием, из-за сидевших на нем трусов, отправился следом.
Блондин донес хозяйку до ее спальни, приказал оставаться с ней и ушел, взволнованный настолько, что даже не прикоснулся к бесправному рабу.