Затем он перешел к остальным, не обращая внимания на удивление боцмана, столь естественное, — ведь флибустьеры редко щадили побежденных и никогда без выкупа не отпускали на волю.
Из защитников испанского корабля осталось всего восемнадцать человек, почти все они были ранены. Побросав оружие, они с мрачным видом ожидали своей участи.
— Морган, — сказал корсар, — прикажите спустить на воду баркас с провиантом на неделю.
— Как, мы отпустим их на свободу? — спросил разочарованный помощник капитана.
— Да, синьор. Смелость, даже побежденная, заслуживает награды.
Услыхав эти слова, боцман выступил вперед и сказал:
— Спасибо, капитан. Мы никогда не забудем благородства того, кого зовут Черным корсаром.
— А теперь отвечайте мне: откуда вы начали плавание?
— Из Веракрус.
— Куда направлялись?
— В Маракайбо.
— Вас ждет губернатор? — спросил корсар, нахмурившись.
— Откуда мне знать, синьор. Только капитан мог бы ответить на ваш вопрос.
— Вы правы. К какой эскадре приписан ваш корабль?
— К эскадре адмирала Толедо.
— Что у вас в трюме?
— Порох и ядра.
— Можете идти, вы свободны.
Но вместо того, чтобы подчиниться, боцман посмотрел на него с растерянностью, не ускользнувшей от глаз корсара.
— Вы хотите что-то сказать? — спросил он.
— На борту есть еще люди, капитан.
— Это пленники?
— Нет, женщины со слугами.
— Где они?
— В кают-компании.
— Что за женщины?
— Капитан не говорил, но, сдается мне, что среди них есть одна знатная дама.
— Кто такая?
— Герцогиня, я думаю.
— На военном корабле!.. — в изумлении воскликнул корсар. — Где она села на корабль?