На каждом шагу их взорам представали ужасные картины. Повсюду были нагромождены обезображенные тела. Кое-кто из убитых так и валялся со шпагой, пронзившей ему грудь, другие не выпускали из рук сабли, которой еще недавно отбивались от противников.
Время от времени из кучи тел доносился жалобный стон, и какой-нибудь раненый, отвалив от себя трупы, обращал к флибустьерам бледное лицо и слабым голосом просил глоток воды.
Наконец они добрались до небольшого дворика, где лежали убитые испанцы и корсары. Вдруг они услышали чей-то голос, показавшийся им знакомым.
— Тысяча акул!.. — воскликнул Кармо. — Я уже где-то слышал этот сиплый голос!..
— Я тоже, — подтвердил Ван Штиллер.
— Уж не наш ли это земляк До́рлас?
— Нет, — ответил корсар. — Это какой-то испанец.
— Каррамба!.. — донеслось из кучи мертвых тел.
— Гром и молния!.. — воскликнул Ван Штиллер. — Да ведь это наш каталонец!..
Корсар и Кармо кинулись вперед и стали раскидывать трупы. Вскоре они увидели голову, залитую кровью, и две длинные худые руки, а затем и все туловище в кожаной броне, сплошь измазанной кровью.
— Каррамба! — вскричал раненый при виде корсара и Кармо. — Вот уж действительно мне повезло!
— Это ты? — изумился корсар.
— Каталонец, голубчик ты мой! — воскликнул весело Кармо. — Я рад снова видеть тебя живым. Надеюсь, тебя не очень искалечили?
— Куда тебя ранили? — спросил корсар, помогая ему подняться.
— Мне разрубили саблей плечо и ранили в голову, но надеюсь, вы не обидитесь, если я вам скажу, что я насадил своего обидчика на шпагу, точно козленка на вертел… Клянусь, однако, кабальеро, что я рад вас видеть живыми и невредимыми.
— Раны тяжелые?
— Нет, синьор. Но мне было так больно, что я потерял сознание. Воды, синьор, хотя бы один глоток…
— Держи, кум, — сказал Кармо, протягивая ему фляжку со спиртом, разбавленным водой. — Это тебя поставит на ноги.
Каталонец, страдавший от жажды, осушил ее до дна, а затем, взглянув на Черного корсара, спросил:
— Вы ищете губернатора Маракайбо, не так ли?
— Да, — ответил корсар. — Ты его видел?
— Ах, синьор, вы упустили случай вздернуть его на виселицу, а я — возвратить ему двадцать пять ударов.
— Почему? — спросил корсар с трепетом в голосе.
— А потому, что этот негодяй, сообразив, что победа будет на вашей стороне, передумал и высадился в другом месте.
— В каком же?
— От одного из солдат, сопровождавших его в пути, я узнал, что Ван Гульд поплыл на каравелле графа Лермы к восточному берегу озера и во избежание встречи с вашими кораблями высадился в Коро, чтобы пересесть на поджидавший его там испанский корабль.
— И куда он намерен плыть?
— В Порто-Кавалло, там у него есть земли и родственники.
— Ты уверен в этом?
— Конечно, синьор.