Если так пойдёт и дальше, они отгонят всех фантомов и снова возьмутся за сферу, понял я. Поэтому, собравшись с силами, я сформировал две молнии смерти с двух рук и одновременно приказал оставшимся фантомам атаковать одного из иерархов, одновременно сосредоточив на нём фокус земли теней.
Ещё двое упали замертво с мёртвыми сердцами. В этот же момент третий не смог одновременно отвести синхронный удар туманной сферы, атаку фантомов, и разрушительное влияние земли теней, и пал, убитый разъярёнными духами, хотя и смог забрать нескольких фантомов с собой...
Их осталось двое: женщина и мужчина. Я спрыгнул вниз, прокатившись, и бросился к женщине, пока мужчина отбивался от фантомов и туманной сферы. Та пыталась достать меня чем-то, но уклонившись, я резко ударил её левой рукой в грудь, пробивая сердце насквозь. В последний миг я увидел в её глазах узнавание: именно она была при королеве Таллистрии, когда я был на аудиенции. Узнавание и неверие так и застыло на её лице.
Последний оставшийся иерарх умудрился изгнать оставшихся фантомов, и пытался из последних сил опутать туманную сферу, но упустил из виду меня. Подойдя сзади, я просто свернул ему шею…
Ни одно из этих действий не нарушило смертельной, мертвенной тишины зала.
От прямых ударов туманной сферы погибло лишь четверо иерархов. Двое погибли сразу после открытия разлома, двое от моих молний, одного разорвали фантомы, и одному я сломал шею, а женщине — пробил сердце. Семь тел и четыре горстки праха лежали на полу храма: счёт был мою пользу.
— Ты хорошо справился.
Знакомый голос возник в моей голове. Однако здесь, в реальном мире, присутствие моего благодетеля ощущалось особенно остро. Я чувствовал его странную чуждость, и его ледяное равнодушие, что словно пелена, накрывали храм.