— Отлично, отлично, — оживлённо потёр ладони беролак. Иногда в его голосе проскакивали рыкающие нотки, сообщающие о сильном возбуждении Прохора, рвущегося в бой.
После взрыва склада пошли один доклад за другим от диверсионных групп, отправленных на уничтожение важных целей в тылу гитлеровцев: штабов, складов, аэродромов, пунктов связи и радистов, орудийных и миномётных батарей. Последние уничтожались частично, временно выводились из строя так, чтобы немцы не успели ими воспользоваться или отремонтировать, а я получил после завершения наступления гору отличных трофеев, которые потом продам или сменяю на что-то для себя полезное.
— Вперёд, — приказал я. — Сигнал к наступлению!
В небо взлетело сигнальное заклинание. Ему не была помехой погода, а увидеть и услышать знак должны были все мои отряды. Для самого крупного, который сейчас стоит под Оршей, сигнал начала атаки передали по радиостанции.
Триста пятьдесят оборотней, штурмовиков, стрелков при поддержке десятка наездников на грифонах и такого же количества соколов с двумя наёмниками-магами после получения сигнала ударили по гитлеровцам в районе Орши. Их поддерживали два полка красноармейцев и сорок лёгких танков и броневиков, выдвинувшихся из Витебска на позиции ещё несколько дней назад. Магия и мои подчинённые помогли им быстро и незаметно для врага пройти через болота и леса, мимо немецких патрулей и полицейских постов.
Около сотни дружинников и сто пятьдесят обычных людей с пятью соколами и наездниками в качестве воздушной поддержки, а также с одним магом нацелились на Лепель. Две группы по две сотни дружинников включая летающих, каждая усиленная сотней простых бойцов, с тремя наёмными магами (один в одной группе и два в другой) начали действовать в направлении на Полоцк. Ещё три группы, где в каждой было всего по сто пятьдесят обычных людей и дружинников, с одним магом и несколькими бойцами воздушной поддержки, зато с большим количеством варгов ударили по линии укреплений между Полоцком и Лепелем. Десять парных групп из беролаков и волколаков с координаторами в лице нескольких соколов с передатчиками гномолюдов разбежались по огромной территории между Оршей и Лепелем. Их задачей было уничтожение мелких немецких отрядов и задержка крупных, обрыв связи, нападение на связных и радистов. Эти два десятка оборотней способны навести суматоху и страх на многократно превосходящие силы врага благодаря своей неуязвимости и скорости передвижения. К тому же у каждого оборотня при себе были боевые дальнобойные амулеты. Огненный шар или шаровая молния на двухстах метрах легко уничтожит средний танк «тройку» новейшей модели. Или гарнизон мощного ДОТа.
С севера по немцам ударили несколько партизанских бригад. Из Витебска выступили советские подразделения, подготовленные для наступления согласно моему договору с СССР. Одновременно по сигналу, переданному Красной армии моим радистом, с аэродромов поднялись штурмовики и бомбардировщики. Их экипажи получили от меня амулеты ночного глаза и бодрости для повышения эффективности налётов. Учитывая тот факт, что у немцев авиации считай, что и нет благодаря моим действиям, советские лётчики станут действовать, в самых что ни на есть комфортных условиях. Места для ударов с воздуха заранее были оговорены, чтобы никто не пострадал от дружественного огня.
Сам я не собирался отсиживаться в стороне. Вместе с небольшим отрядом оборотней и штурмовиков в экзоскелетах со штурмовыми винтовками, которые меня как-то удивили своим необычным подствольным магазином, направился в сторону крупного посёлка к северу от Лепеля, который гитлеровцы превратили в мощный оборонительный пункт. Стоит упомянуть, что вместе со мной шёл Швиц со своими подчинёнными. А ещё в Полоцкой и Оршанской наступательной группе имелись несколько наблюдателей от Красной Армии. Конечно, я понимал, что они нужны были не столько для координации наших действий, сколько для сбора сведений о моих боевых возможностях и тактике. Можно было бы и не брать никого. Но нужно ли? Без магии никакой толковой защиты против моей тактики никто не создаст. Да, в СССР появился мастер маг-артефактор. Вот только он один — это капля в море. Зато в плане правильного воздействия на умы военачальников и правящей верхушки доклады советских наблюдателей будут крайне полезны. Договор договором, но свидетельства моей силы тоже будут кстати. Тем более, что воспоминания о захвате Витебска, уверен, успели выветриться из голов советских руководителей. Будет полезным их освежить.
*****
Рэвэл Алт, боевой маг холода, чувствовал себя на Земле практически всемогущим. Чуть-чуть портило настроение присутствие рядом матёрых оборотней, с которыми будет тяжело справиться даже ему. Пусть они и союзники, но подспудно наличие под боком этих кровожадных и слабо контролируемых созданий нервировало. Удивительно, что местный с’шагун решил создать костяк армии их них. И вдвойне удивительна железная дисциплина, которой придерживаются всё оборотни без исключения. И ведь дело не в наказании, здесь их вообще нет! Ни виселицы за тяжкие проступки, ни порки у позорного столба, ни отрубания рук или ног. Удивительно, очень удивительно и странно. Может, всё дело в расе и особом складе менталитета аборигенов, которые стали оборотнями? Впрочем, сильно забивать голову маг не собирался. С’шагун заключил с ним магический договор, нарушить который ни одна из сторон не способна без последствий. Потому и оборотни правителя Цитадели не могут причинить вреда Рэвэлу.
В остальном же мага всё устраивало. И это ещё слабо сказано! Впервые он мог развернуться во всю свою мощь, наплевав на защиту от вражеской магии и вражескую же магическую защиту. Немецкие пули, снаряды и снарядные осколки — кусочки металла, выпущенные из технических боевых устройств землян — оказались не способны пробить полог, создаваемый личными защитными чарами. А если и пробьют, то на их пути встанет дорогостоящий амулет.
Далеко впереди, шагах в семистах, сверкала огненными вспышками укреплённая боевая точка аборигенов Земли, с которыми воевал с’шагун Киррлис вместе со своими союзниками из числа других аборигенов. Вокруг точки, закопавшись в землю по самую голову, засело не менее полусотни вражеских стрелков, вносящих весомый вклад в обстрел наступающих дружинников Киррлиса. И хотя те могли без особых проблем и практически без потерь самостоятельно разобраться с врагами, сейчас дело было за магом. Для того его и наняли, чтобы экономить время и ману в защитных и боевых амулетах оборотней и штурмовиков.
Вскинув к ночному хмурому небу руки, Рэвэл громко речитативом запел заклинание морозного метеора. По мере чтения над его головой стал проявляться в воздухе чуть светящийся бело-голубой шар изо льда диаметром с колесо грузовика. К моменту, когда чтение заклинания было завершено, шар достиг в поперечине метра.
— Хха! — громко и резко выдохнув, маг взмахнул руками, будто бросил мяч из-за головы в сторону позиции врагов. Ледяной шар сорвался с места и стремительно улетел ввысь по крутой дуге, чтобы рухнуть на немецкий дот. Когда овеществлённое заклинание ударилось о землю рядом с одной из бойниц, то местность вокруг на секунду засветилась и скрылась, словно бы за пологом метели. Одновременно с этим стрельба мгновенно стихла, как отрезало.
Отдохнув с минуту, Рэвэл взялся за чтение нового заклинания, чтобы уничтожить врагов правее от накрытого дота. Там немцы создали несколько пулемётных точек, чьи пули могли в считанные секунды снять магическую амулетную защиту на любом из штурмовиков.
— Ха! — и очередной морозный метеор улетел во врагов. Спустя несколько секунд на вражеских позициях коротко сверкнуло, после чего пулеметная стрельба смолкла и там.
Устало вздохнув и вытерев со лба лёгкую испарину, маг холода взялся за создание третьего заклинания. Оно предназначалось для ещё одного дота, находившегося немногим далее тысячи шагов от одарённого и его боевой группы. Далеко, но не предел для Рэвэна.
После того как стрельба смолкла и там, отряд сорвался с места и бросился вперёд.
«За такую броню для своей гвардии все короли отдадут самое ценное, что у них есть. Половины сокровищницы не пожалеют, — мысленно оценил маг холода скорость и ловкость дружинников Киррлиса в странной экипировке. Она оставляла слишком много открытых мест. Но этот минус с лихвой покрывали защитные амулеты. — Да и земное оружие не настолько плохое. В нашей армии лишь немногие имеют амулеты, то же «чёрное мясо» легионов защищается массовыми заклинаниями магов. А те быстро выдохнутся, когда по ним ударят сотни пуль, летящие быстрее стрел и болтов. Попробовать, что ли прикупить позже несколько комплектов и показать богатым владетелям? А если ещё договориться с каким-нибудь артефактором, чтобы нанести на доспехи и оружие руны, то перспективы открываются просто замечательные. Так, решено, с этим с’шагуном нужно завязать дружеские отношения. Вдруг получится договориться о покупке и сбить цену «по знакомству».
Между тем действия мага были замечены немецкими наблюдателями. Благодаря заметному следу от морозного заклинания, его позиция были мгновенно обнаружена и передана миномётчикам, расположившимся менее чем в километре за линией передовых траншей. Те успели выпустить только пристрелочные мины, которые легли с перелётом. После чего на них сверху упал сокол. Затормозив крыльями у самой земли, он обратился в человека. Благодаря амулету отвода внимания, никто из четырёх немецких расчётов не заметил его. А потом стало поздно. Сокол выхватил из нагрудной кобуры пистолет и открыл убийственно точный огонь почти в упор. Каждая пуля, выпущенная им из трофейного парабеллума, убила на месте или смертельно ранила солдат вермахта. Первым погиб командир. За ним получил свою пулю унтер, стоящий у ящиков с боеприпасами на краю позиции миномётчиков. Следом погибли трое членов расчёта у ближайшего к оборотню миномёта. На всё это у стрелка ушло меньше десяти секунд. Немцы же спохватились только после того, как сокол сменил пустой магазин в своём оружии.
Выстрел, выстрел, выстрел…
Бойцы группы, сопровождающей Рэвэла Алта, быстро добрались до немецких позиций, подвергнувшихся магической атаке.
— Федь, глянь, фрицы, что твои снеговики, — окликнул товарища один из волколаков, что первыми оказались во вражеских окопах. — Будто сутки на крепком морозе пролежали.
— Как бы не больше. Они ж все в инее, — откликнулся тот.
Трупы немцев застыли в том состоянии, в каком их застигла ледяная смерть. Бело-синие лица были покрыты крупинками инея, который выступает зимой на стёклах. Вся одежда стояла колом и напоминала фанеру, а не мягкую ткань. Иней покрывал оружие и землю.
— Брр, — волколаки поёжились от холода. — Прям как на Крещение рядом с прорубью без порток и без сугрева. Дубак, ядрёна вошь.
Расчётам пулемётов и орудия, засевших в прочном железобетонном доте, не повело так же, как и их соплеменникам снаружи. Морозный метеор достал и их, превратив в насквозь промороженные статуи некогда живых людей.
На других участках происходило нечто похожее. Где-то немцев десятками замораживало, где-то превращало в обугленные головешки, валявшиеся рядом с оплавленными железками. Там, где действовали маги ветра и воды, гитлеровцы задыхались. Их разрывало чудовищным давлением, топило в водяной взвеси, что не давала вздохнуть воздух. Пыль и песок сдирали заживо кожу, заполняли лёгкие и выбивали глаза. И всё это происходило в считанные минуты.
На участке к югу от Полоцка два мага, огня и ветра, создали огненный торнадо высотой в десятки метров и диаметром не менее чем в двадцать. Попавшие в него солдаты вермахта мгновенно превращались в пепел. Когда торнадо добрался до двух танков, закопанных по башни в землю, то легко поднял их в воздух, закрутил и швырнул далеко прочь. Учитывая, что такое магическое слияние заклинаний освещало местность на многие километры, за зрелищем наблюдали тысячи глаз. И если наступающие приняли его с восторгом, то обороняющиеся так сильно упали духом, что во многих местах началось массовое отступление, очень быстро превратившееся в панику. Бегущие солдаты даже не всегда успевали замечать смерть офицеров, унтеров и рядовых из числа ветеранов, которые пытались их остановить. Таких врагов, едва они попали в поле зрения наездников на грифонах или соколов, очень быстро убивали с воздуха. Или с ними разбирались стрелки-снайперы, следующие в наступающих порядках дружинников.
Ночь, непогода и амулеты ночного зрения давали просто гигантское преимущество штурмовикам с оборотнями и магам. Местами численное преимущество у немцев превышало десятикратное. Но даже так они теряли окоп за окопом, роту за ротой, деревню за деревней. Магические сферы Ашшуанума, заранее расставленные на местах боёв, жадно впитывали в себя некроэнергию, текущую рекой в эту ночь. Магия и оборотни оставляли после себя только трупы. Огненный шар летел в любую подозрительную щель или в траншею, где почудилось движение. Потому раненых среди немцев оказалось очень мало.