Даша напряглась в ожидании. Но он только пробубнил:
— Спокойной ночи, — после чего повернулся к ней спиной и негромко захрапел.
Сказать, что она была расстроена, было нельзя. Возможно, она сейчас избежала большой глупости. А может, она ему не нравится? Или он строгих нравов? Или просто устал? Или женщины за столько лет успели ему наскучить? Или он голубой? Последнюю мысль она попыталась отогнать, на голубого Алекс нисколько не походил. Вздохнув, она решила, что времени у них будет ещё достаточно, если им суждено быть вместе, то возможность такая обязательно представится.
— Спокойной ночи, — растерянно сказала она спящему охотнику и через пару минут уже спала сама.
Глава пятая
Когда она открыла глаза, в окно пробивался яркий свет, время шло к полудню. Неподалёку, у умывальника, стоял голый по пояс Алекс и старательно умывался. Она невольно залюбовалась его мускулистой фигурой.
— Доброе утро, — сказала она, вставая с постели.
— Угу, — он как раз намылил лицо.
— Слушай, мы вчера… я думала…
— Что? — он смыл пену с лица и обернулся к ней.
— Ну, ты лежал рядом со мной. Я была почти голая.
— Я тебя чем-то обидел? — не понял он.
— Нет, что ты, просто я думала, что ты будешь приставать. А ты не стал.
— И? Это хорошо или плохо?
— Да нет, всё в порядке, просто неожиданно.
Он снял с гвоздика полотенце, старательно вытерся, а потом присел на кровать рядом с ней.
— Прости, я не хотел тебя обидеть. Ты хотела внимания, ласки? Я знаю, что в вашем мире с этим просто. Понимаешь, во-первых, мы с тобой ещё мало знакомы, я боялся показаться нахалом.
Она вздохнула. Пятьдесят лет мужику, а он такого боится.
— В будущем постараюсь быть внимательнее. А во-вторых, мне не давала покоя мысль, что ты теперь с нами. Ты — боевой товарищ. Раньше видеть женщин с кольцом не приходилось.
— И? — не поняла она.
— Тяжело терять друзей, при такой работе стараешься ни к кому не привязываться, но всё равно тяжело, когда кто-то уходит. Терять любимого человека ещё тяжелее. Ладно, прости, забыли, попробуем в другой раз. Умывайся и пойдём завтракать, сегодня нам предстоит насыщенный день.
Она неспешно встала, умылась и, без тени смущения, начала переодеваться. Возможно, даже наоборот, хотела немного шокировать этого дикаря. Дикарь, впрочем, галантно отвернулся.
Завтрак занял всего несколько минут, оба проглотили по порции горячей молочной каши из хлопьев, после чего отправились на местную конюшню. Альберт, хозяин трактира, разрешил им взять двухместную прогулочную коляску, которую к их приходу уже запрягли парой гнедых лошадок. Кучер к коляске не прилагался, поэтому Алекс сам взялся за вожжи.
Дорога, по которой они ехали, отходила от основного тракта и сильно напоминала тот просёлок, по которому папа увильнул от встречи с полицией. Тоже старая полузаросшая тропа в лесу, по которой, впрочем, кто-то до сих пор ещё ездил. Коляска их имела рессоры, что хоть немного спасало от бесконечного подпрыгивания на колдобинах.
Ехать, к счастью, пришлось недолго. Через час лес перед ними расступился, уступая место заросшим сорняками полям, узкой речке с заболоченными берегами и непонятным постройкам.
— Здесь живёт тот, к кому мы едем, — Алекс указал пальцем на небольшой хутор.
Строение было странным, в центре имелось то, что, с большой натяжкой, можно было назвать домом. Рубленая избушка на высоких сваях, куда следовало подниматься по высокой лестнице. Рядом стояли какие-то хозяйственные постройки, тоже деревянные, причём, весьма запущенного вида, сказывалась близость болота, дерево быстро гнило. Всё это было обнесено забором из деревянных досок, довольно крепкому на вид, но такому редкому, что в проёмы мог легко втиснуться человек. Создавалось впечатление, что хозяину не хватало досок, и он прибил их через одну. По двору бродила тощая коза и несколько кур, ещё была собака, небольшой беспородный бобик, старый и ленивый, похожий на живую швабру. При их появлении он даже не гавкнул. Впрочем, слава хозяина должна была служить защите дома вернее, чем собака и крепкий забор.
Вламываться в чужое жильё они не стали, Алекс подошёл к калитке, тоже весьма хлюпкой, державшейся на верёвочных петлях, и постучал. Через некоторое время раздался скрип, видимо, скрипели половицы внутри дома. А через полминуты из дверного проёма (двери там тоже не было, только полог из плотной материи) высунулся хозяин.
Местный ведьмак выглядел колоритно, хотя и страшно. Это был высокий худой мужик лет, наверное, пятидесяти. Одет он был в серые полотняные штаны и меховую душегрейку (Даша сразу подумала, что это волчий мех), из которой торчали длинные, словно у обезьяны и такие же волосатые руки. На голове была шапка седых волос, а лица невозможно было разглядеть из-за того, что оно по глаза заросло всклокоченной седой бородой, из которой торчал крючковатый нос и серые глаза под мохнатыми бровями. На левом запястье имелся какой-то браслет, а на шее амулет из белого материала, похожего на кость или пластик. Ещё он был бос, но дома можно было и не обуваться.
— Кого там принесло? — раздражённо спросил он хриплым каркающим голосом, но тут же разглядел Алекса, борода его расплылась в улыбке, после чего он выдохнул, — поднимайтесь.