Наигравшись с новой игрушкой, я все же соизволил оторвать свой взгляд от местных горячих источников, в которых сейчас очень много симпатичных девушек, хотя и обычных женщин со старухами хватало, последние, как ни странно, помогали мне сосредоточиться на тренировках, а не просто пялиться на тела голых девушек. Еще от длительного использования, теперь уже моего, додзюцу, глаза стало щипать, и потихоньку начинала болеть голова. Терпимо, но использовать его на полную круглые сутки напролет я смогу далеко не сразу.
Закончив с этим, я решил посмотреть на Ранмару.
Он все еще спал, но сейчас я четко видел следы от техники Шизуне. В его голове была чужая чакра, что не давала ему проснуться. Её оставалось совсем немного, поэтому мальчик вскоре должен очнуться, но, посчитав, что он уже точно выспался, я решаю смыть остатки чужого гендзюцу.
Разбудив и завязав с ним разговор, попутно помогаю ему техниками ирьенина, чтобы глаза побыстрее прижились. В разговоре с ним я выяснил, что помимо чакры теперь способен видеть жизненную энергию человека и некие остаточные следы чакры. Тот самый непонятный мне туман оказался следом чакры, наверное, от Цунаде с Шизуне. Что удивительно, поскольку покинули они нас довольно давно. Еще он рассказал мне, что мог взаимодействовать с чужой жизненной энергией, которую хорошо видно его глазами. В основном — он отдавал свою, излечивая тяжёлые раны Райги.
После нашего разговора и моих экспериментов с додзюцу, мальчишка захотел посмотреть на себя в зеркальце. И тут я понял, насколько теперь жутко выгляжу. Прекрасное, местами женственное лицо со светящимися кровавым светом глазами. Хотя, когда я их не использую на полную, они перестают светиться, но, всё равно, кроваво-красные глаза весьма жуткие. У Ранмару же цвет глаз изменился на карий, от чего он немного растроился.
После всех расспросов о его глазах, я задал ему главный вопрос, который определит его дальнейшую жизнь и судьбу.
Что он хочет делать дальше?
Мальчику было трудно ответить, но я подробно объяснил ему ситуацию. Мне необходимо отправиться в Кири, там сейчас революция и сражения с убийствами происходят каждый день в огромных количествах. Ребёнку там делать нечего, но, если он сильно захочет, я могу взять его с собой, но вряд ли смогу защитить от всего того ужаса революции. Ранмару прекрасно помнил свою жизнь в одной из деревень страны Воды, поэтому не сильно желал возвращаться.
Другой вариант: я оставляю его в более безопасном месте, а уже после всего, если он захочет, мы можем остаться вместе, и он станет моим учеником. Если я не умру в Кири, конечно же, и у него не пропадёт желание становиться ниндзя. Хотя, последнего и вовсе нет. После всего пережитого он точно не захочет становиться шиноби, но, все же, не против обучиться техникам и способам взаимодействия с чакрой.
Ранмару долго думал над моими словами, а я не мешал ему, ища более оптимальный выход, чтобы обезопасить мальчишку, к которому невольно привязался, всё же, людям сложно жить без друзей и других связей, мы — социальные создания, и без социума, особенно при нашей работе, мы очень быстро становимся чудовищами.
— Хаку-сан, скажите, зачем вы меня спасли?
— Хм? Я увидел в тебе своё прошлое… — Невольно вспоминаю, какой большой путь пришлось пройти мальчику из деревни, чтобы быть сейчас здесь и разговаривать с не последними шиноби мира.
— Да… А еще я понял, что становлюсь не самым приятным человеком, откровенно говоря, я совершил немало плохих поступков. Но, со временем, я стал привыкать к ним, это начало выглядеть логичным и правильным. — Тот эгоистичный поступок с изнасилованием до сих пор кажется мне очень логичным и правильным. Все же, умирать второй раз, но уже в другой жизни, не познав женского тела… Лучше не буду думать об этом. По крайней мере, теперь я знаю, какого это — быть в женщине.
— Эх. Я испугался этих мыслей и захотел сделать что-то хорошее, чтобы доказать себе, что я — не кровожадное чудовище, коих полно среди шиноби Кири. Встретил тебя… А после мы познакомились поближе, и я захотел помочь тебе. Не упустив немного своей выгоды. — Улыбаюсь под конец своей небольшой речи. Наверное, это из-за радости от новых глаз я разоткровенничался с ним.
— Вы довольны моими глазами?
— Вполне. А ты доволен жизнью, что я сохранил тебе?
— Да. И я решил. Я хочу стать врачом, как Шизуне-сан!
Удивился ли я? Ну, разве что немного, все же, если на меня Шизуне произвела крайне приятное впечатление, то мальчишка явно завёл себе кумира. Неудивительно, что он захотел стать доктором, как она. Благо, такой вариант можно было осуществить. А благодаря призыву, это можно сделать проще простого.
Поговорив с ним немного о его решении, я призвал белого слизня размером с собаку.
Кацуя оказалась весьма симпатичной, для слизняка. Ранмару даже решил её погладить, что не особо понравилось последней, и она по-старушески отчитала столь безманерных молодых людей и попросила впредь уважать её возраст, называя никак иначе, как Кацуя-сама. Она уже слышала о нас от Шизуне и была не против подписать со мной контракт.
После, через неё, я отправил весточку Шизуне с просьбой позаботиться о мальчике и научить его лечить людей. Одна из способностей Кацуи — это разделение своего тела на какое угодно количество слизней, и у всех слизней общее сознание. Поэтому её также можно использовать как радиопередатчик, обмениваясь нужной информацией мгновенно. Чем я и воспользовался.
И нет, я не был дармоедом, или же альфонсом, что использует чувства женщины для своей выгоды. Вместе с Ранмару я предлагал немалое количество денег, так сказать, на учебу и питание юного дарования. Благо у меня всё еще сохранились мои запасы на черный день. Когда их еще использовать, как не сейчас?
К вечеру она написала нам свой ответ и место встречи…
Глава 34
Страна Огня, ближайший лес от города Танзаку.
Группа ликвидаторов деревни, скрытой в листве, выслеживала свою цель. Но их цель была не рядовым шиноби, а предполагаемым ниндзя высокого ранга и обладателем легендарного Меча Тумана. Киба, также известным, как Клыки, или же, Мечи Грома, что были неплохо известны в Листе, и погубили не мало жизней их товарищей за прошлые войны.
Но они не боялись, их группа была собрана так, чтобы с максимальной вероятностью взять живым свою цель, или, если же это будет невозможно, чтобы убить её не составило проблем. По полученной информации, Данзо собрал прекрасно прикрывающих слабости друг друга ниндзя с широким спектром преследования. Несколько Абураме с Инудзукой для преследования и еще две группы опытных шиноби, чья специализация — захват цели, или же её ликвидация, в случае невозможности обезвреживания.
Но враг словно знал об их намерениях и прекрасно заметал следы. Группа преследования не могла найти четкий след, постоянно натыкаясь на фальшивки, словно враг создал несколько клонов, чтобы запутать преследователе, а сам попросту исчез. Они уже нашли почти десяток следов, ведущих вникуда. Вот есть след, по нему можно понять, куда направлялась цель, а после, абсолютно внезапно, он обрывается. Преследователи были знакомы с такой тактикой, а новые крохи информации были получены: противник умеет создавать клонов.
Но даже так, нюх Инудзука не подвёл группу. И вскоре они отыскали верный след.
— «Капитан, я взял след». - подал жестами сигнал шиноби.