"Хлоп!"
Звук пощечины разошелся по заснеженной полянке.
Какое знакомое место… Здесь так заснеженно, с неба медленно падают снежинки, такие знакомые мне холмы, родная хижина и даже эта лужа… Такое тихое отдалённое место, деревенский домик в глуши страны воды.
Я его помню, мой дом…
Женщина отвесила мальчику пощечину. От силы удара, потеряв какое-либо равновесие, он падает. Прямиком в лужу, образовавшуюся из разлившегося водяного шара, что ранее он демонстрировал матери. Женщина хватает его за руку, тянет вверх, поднимая мальца обратно на ноги. Она кричит на него, а её лицо сейчас было невообразимо страшным.
Ошарашенным взглядом мальчишка смотрел на женщину, он не верил в происходящее, для него подобное было невозможным… Он отказывался принимать истину, но лицо женщины навсегда отпечатается в его разуме. Она дергает за руку, мальчику явно больно, но он не может вырваться из её хватки. Из его глаз полились слёзы.
"Я помню это… Пускай сейчас я не слышу ни единого слова, но помню её слова сказанные в этот момент!"
Эта картина, эти люди… Это я со своей матушкой, в последний день нашей счастливой жизни…
Тогда я ничего не понял. То ли не был готов к такой реакции, к таким агрессивным действиям, то ли был слишком мягок и наивен? А то и вовсе не понимал языка достаточно хорошо…
Тогда она кричала на меня слишком громко и слишком быстро… И только спустя время я понял значение её криков… Тогда она кричала мне: "Почему?! Почему ты тоже?! Почему мой ребенок родился таким?!"
Вспомнив те далекие события, что случились со мной в прошлом, мне стало так тоскливо и грустно на душе… Тот день я не забуду никогда. Но картина перед моими глазами ни на мгновенье не останавливалась. Может, порой она и замедлялась, но никогда не останавливалась. Но мне было все равно на странно ведущее себя время. Я уже знал сюжет всей этой пьесы.
Сейчас она перестанет кричать, а страшная женщина исчезнет с глаз мальчика и появится растерянная мама, что прижмет его к себе. Опомнившись, она извиняется, а после, со всей материнской нежностью, отводит мальчика домой, стараясь успокоить и заверяя, что все в порядке.
Но нет… Все не в порядке, сейчас мой крошечный мир счастья разрушится…
Оборачиваюсь, взглядом натыкаясь на шокированного отца, что наблюдал за нами с краю поляны прячась за деревом. Он все слышал, он все видел… Метель укрыла его, и мама не смогла разглядеть мужской фигуры. Но уже тогда я видел больше чем обычный человек… Да, я помню его взгляд, его эмоции…
Все произошло слишком быстро…
Мой маленький счастливый мир разрушился в пару минут.
Она говорила мне, что их любовь сильна, что ничего страшного не произойдет. Но я уже знаю, чем закончится этот день. Отец задерживался, а мы с мамой были дома. Она говорила со мной, последний раз в жизни…
Не желая входить в свой дом, я стараюсь наслаждаться снегопадом, он был таким чистым, таким белым. Мама часто сравнивала меня с ним. Это были такие теплые времена. Помню, как она говорила мне о значении моего имени, Хаку — это белый, Юки — снег… Я белый снег, самый чистый, первовыпавший…
Помню, как катался с матерью на санках, как мы игрались в сугробах снега… Я был храбрым мальчиком и ничего не боялся. Мама часто меня хвалила за спокойный и уравновешенных характер. Фактически, она заменила мне мою первую несостоявшуюся мать… Та доброта, что она дарила мне в этой маленькой заснеженной деревеньке, и по сей день греет мне сердце…
Хруст снега заставил меня вырваться из приятных воспоминаний прошлого.
Я не стал оборачиваться, прекрасно зная, кто идет в наш дом.
Они шли, вызывая громкий хруст снега, ничего не боясь и ни от кого не скрываясь. Люди шли все вооруженные кто чем. Одни держали в руках вилы, другие — маленькие гарпуны для рыбы, лопаты, ножи, факелы и прочее сельскохозяйственное оружие толпы. Их было более десяти, лицо каждого было прикрыто тенью, не позволяющей разглядеть их эмоции. Одетые как ничем не примечательные крестьяне.
Именно такими я их и запомнил…
В доме мама уже заметила входящий народ и приготовилась их встречать, приказав мне спрятаться в шкафу. Но я был слишком взрослым, чтобы прятаться и чего-либо не понимать. Я помню, как тогда стоял за стеной комнаты, слыша все…
Не желая больше смотреть на худший день в моей жизни, я попытался было отвернуться, прекратить эту душевную муку, но нет… От прошлого нельзя ни отвернуться, ни забыть. Я не мог даже закрыть глаза, события того дня повторялись.
Они вошли в дом, я видел, как на маму замахнулись. Что бы она ни говорила им, какие бы слова ни кричала… Они не слушали её. Их решимость была абсолютной и безжалостной. Замах, мать падает на пол. Её одежда медленно окрашивается кровью, правая рука висит плетью.
"Не прикасайтесь к нему!"
На адреналине или еще каких гормонах, она побежала ко мне в комнату, то и дело спотыкаясь, но быстро вставала, или даже ползла. Но, так или иначе, она повалила меня на пол, прикрывая своим телом. В её спине торчали вилы, палки и мечи…
Крик. Вспышка света… Первое сильное пробуждение моего дара. Маленький ребенок уничтожил дом вместе с десятком людей. Кровь залила весь пол, все стены были продырявлены и окровавлены. Крыша исчезла, открывая моим глазам прекрасное небо, полное белоснежных снежинок. Таких красивых и прекрасных, они сияли словно звезды…
Медленно опадая на пол, они окрашивались алым цветом крови…