— Я запомню это, в следующий раз, когда призовёшь меня, с тебя много-много вкусных овощей!!! — Видя, как пациенту становится лучше, она тут же переключилась на по-детски игривый тон. Последующих наставлений не последовало, Кацуя верила в благоразумность Хаку, а, если же придет время, когда она не сможет вылечить его, то это будет не первый погибший контрактор. Все же, за своё время она пережила таких десятки.
— Хорошо…
— На этом я оставлю тебя, клонов развеивай по одному и постарайся не перенапрягаться ближайшие пару дней. Береги себя, Юки Хаку. — После чего она исчезла в облачке белого дыма. Я же обратил внимание на своего теневого клона, что стоял в комнате, не привлекая внимания.
Посоветовавшись с ним, мы решили не отменять технику, пока я не смогу хотя бы стоять самостоятельно. А пока я приходил в себя, мой клон рассказал обо всём, что произошло, пока меня, бедного, вытаскивали с того света. Один из моих клонов вышел на связь с Югао, во время разговора слегка воздействуя на неё. И теперь у меня почти в кармане капитан АНБУ Конохи. Благодаря моим глазам, я с легкостью мог заработать её верность, особенно теперь, когда Коноха предала её. Ниндзя с её навыками не может быть бесполезным.
Теневой клон, что был отправлен за Хинатой, уговорить её уйти со мной не справился. Это было не критично, пускай и немного досадно. Девочка собралась с силами и вежливо отказала мне, выбрав свою семью, а, вернее сказать, свою младшую сестрёнку. Пускай она никогда не говорила мне о Ханаби, но я видел её тёплые чувства к младшей сестрёнке. Именно из-за неё она и выбрала Коноху, а не меня. А вот, в отличие от робкой Хьюги, у Карин не было родственников или каких-либо друзей в своей деревне Травы. Поэтому она, нисколько не сомневаясь, ухватилась за мою руку помощи. Хотя, не малую роль в этом играла моя чакра, которая пришлась девушке по вкусу.
Настолько по вкусу, что Узумаки без какого-либо страха зашла с малознакомым человеком в ледяной мир и нисколько меня не боялась. Благодаря своим глазам я мог видеть, насколько для неё важен окрас чакры. Надеюсь, моя новая чакра ей тоже придется по вкусу, а то, что она успела измениться, я заметил. В любом случае, на неё у меня сразу же появились очень большие планы, особенно учитывая появившийся у меня мангёко Фугаку, что был найден среди обычных шаринганов в подземельях Корня. Привязать её к себе, запечатать биджу и дать мангёко отца Саске. Тут, хочешь не хочешь, выйдешь в ниндзя высшего класса. Осталось только направить девочку на нужный мне путь.
А огромное количество денег, снаряжения и прочего… честно украденного у политического противника сильно поможет мне поднять родное селение. Вспоминая всё, что успели унести мои умельцы из Конохи, мы с клоном не заметили, как из-за угла выглянула красноволосая голова Карин. Посмотрев на меня, девочка смутилась и убежала куда-то.
— Как ты, босс? Скоро рассвет, а тебе еще с Югао встретиться и с девчонкой поговорить о её дальнейшем будущем.
— Уже намного лучше. — Встаю с ледяной кровати, подходя к своей копии. — Думаю, теперь можно.
— Как скажешь.
ПУФ!
Клон исчез, а в моей голове возникла часть его воспоминаний, самым ярким из которых была моя новая внешность. Волосы действительно стали на пару оттенков темнее и колючее, из шатена я стал чистым брюнетом. Неведомо как, но мои мышцы стали больше, сам я стал выше на десяток сантиметров, а глаза… Не поверив, подхожу к стене, вглядываясь в собственное отражение. На меня оттуда смотрели глаза, подозрительно схожие с риненганом, но ими, несомненно, не являющиеся. Глаза стали полностью красными, а также появилось еще одно кольцо, помимо радужки.
От подобной новости мне стало жутко любопытно, на что я теперь способен, но, помня слова Кацуи, я решил не спешить с проверкой своих новых глаз.
Глава 59: Спящая красавица
— Как ты? — Первым, что услышала Карин, были эти слова, доносящиеся от самого дорогого ей человека.
И не то, чтобы она была к нему сильно привязана, или они вместе прошли огромное количество бед. Нет, у маленькой девочки попросту не осталось никого, ближе учителя, с которым она была знакома всего ничего. Своего отца она никогда не знала, а мама погибла около половины десятка лет назад. Из-за определённых обстоятельств, девочка не смогла найти друзей, поэтому ей так сильно запал в душу мужчина, проявивший заботу, доброту и имеющий хорошую чакру.
Сейчас юная Узумаки осознала себя лежащей на мягком и большом диване в одной из многочисленных комнат ледяного мира Хаку и укрытой теплым одеялом. Рядышком сидел Хаку, смотря добрым взглядом.
— Вы живы, я рада… Ваша чакра, она стала еще приятней, еще светлей… — Тихонько вымолвила Карин, прижимаясь поближе к столь приятной ей чакре. Она только сейчас заметила, что чакра Хаку успокаивала. Обняв его за талию, Узумаки счастливо замычала, потянувшись всем телом.
— О себе беспокойся, ты перелила в меня немало своей крови. Я у тебя в долгу, большом долгу… — Хаку тоже обнимает её, растрёпывая волосы, как это любят делать родители своим детям. — Скажи, чего ты хочешь, и я исполню это любой ценой.
— Просто будьте рядом… всегда… Никогда не оставляйте меня одну. Прошу вас. — Девочка говорила с такими эмоциями, словно для неё это было крайне важно, а Хаку видел, как тяжело ей было в Траве, она была совсем одна в своей деревне. Собственный дом для неё стал личным адом, и теперь, получив надежду на другую жизнь, она цепляется за неё из последних сил.
— Ты больше никогда не будешь одна… Никогда… А теперь отдыхай, я буду здесь. — Но девочка не послушалась сенсея, став только еще более активной.
— Правда, вы не врёте? Вы ведь не клон?
— Укуси меня, если хочешь, ты увидишь, пойдет кровь. Это будет даже справедливо, все же, теперь, из-за меня, у тебя снова появились шрамы… — Он погладил ключицу девочки, на которой виднелся свежий шрам от отстрых зубов. Цена его спасения.
— Ничего, эти напоминают мне о вас… — Глаза Карин сверкнули коварством, после чего она вцепилась зубками в руку Хаку.
— Ау, неприятные ощущения… — Он сжал и разжал кулак, осматривая полученные шрамы и маленькую струйку крови. — Видишь, я никогда больше не оставлю тебя.
— Спасибо…
Только убедившись в правдивости его слов, она успокоилась и решила отдохнуть, затягивая своего учителя на кровать. Их ожидал отдых и мир грёз.
***
Коноху встречало утреннее солнце. Его теплые лучи медленно ползли по кронам деревьев, прогоняя ночную мглу. В лесу, на верхушке одного дерева, стояла потрёпанная АНБУ в потрескавшейся маске кошки. Её одежда вместе с бронёй немало раз спасала жизнь своей носительнице, что подтверждали рваные раны, дырки и общая потертость вместе с грязью на ткани. С первого взгляда можно было понять, что девушка несколько недель не мылась и не меняла комплект своей брони, всё это время сражаясь за свою жизнь.
Достав из внутреннего кармана красивое зеркало, что словно было сделано из чистого хрусталя, но на самом деле являлось особой техникой одного шиноби, приложив к зеркальной глади ладонь, она напитала чакрой предмет, принявшись ждать. Утреннее пение птиц ласкало её слух, но Узуки не обращала никикаго внимания на это, давно привыкнув. Скоро её ожидания оправдались, и в зеркале появилось отражение мужчины, а после раздался его голос.