Ни слова ему не сказал, потому что пока сказать было нечего. Турмистров хотел сначала выяснить, что происходит. С какого перепуга, к приёму в его команду, в которую набирает людей только он сам, неожиданно предъявлен новый человек?
– Кто распорядился? – сразу спросил Гидеон, едва они с князем Алевиным вошли в его кабинет, примыкающий к залу штаба мониторинга.
– Турмистров, я понимаю ваше недовольство, – искренне ответил Олестар Игоревич. – Несвоевременное пополнение, очень поздно. Но у меня на столе просьба министра внутренних дел. Личная. Ваша группа по расследованию деятельности тайного общества старших магов естественно привлекла внимание. Министерство настаивает на участии своего человека. У Богдалова отличное личное дело…
– У меня уже есть специалист по технике, – мягко прервал Гидеон. – Мне что убрать из команды моего проверенного человека из-за этого подкидыша?
– Это решение за вами, – ответил Алевин, – можете оставить обоих. Но не принять Богдалова не можете. Теперь это и моё распоряжение тоже.
Турмистров вздохнул с явным недовольством, но промолчал. Думал, и на то были причины.
– Олестар Игоревич, – наконец произнёс Гидеон, – месяц назад нам пришлось убеждать охранительные министерства в необходимости нашего расследования. И насколько я помню, мы преодолели большое сопротивление со стороны того же министра внутренних дел, который считал, что отдельная группа – это излишняя инициатива. А сейчас он прислал шпиона в мою команду.
– Ну почему же сразу шпиона? – усмехнулся Алевин. – Это простая заинтересованность. Парень потом доложит министру, как прошла ваша первая миссия.
– Довольно непоследовательное поведение, не находите? – заметил Турмистров, и при этом посмотрел в зал через стеклянные двери кабинета.
Там, между его стражами, похоже, шёл довольно оживлённый разговор. Неожиданно даже начали смеяться, беседуя с новичком. Гидеон с некоторым удивлением наблюдал за этим. Парень, видимо, сказал что-то, чем поднял настроение.
– Вот видите, – Олестар Игоревич тоже обратил внимание на происходящее: – И ваши стражи настроены благожелательно.
Он был прав. Когда Турмистров и князь Алевин отошли, парень приятно улыбнулся, окинул людей довольно смелым взглядом серо-голубых глаз, потратил секунду на изучение каждого лица, отвесил положенный поклон Ровене, как присутствующей в компании даме, и остановился на Корфе.
– Пока Господин Турмистров не попросил меня отсюда… – произнёс Богдалов, и шагнул к Александру, сразу протягивая ему руку.
Корф наклонил голову с чуть надменной улыбкой, но сощурился с интересом. Потому что фамилия, в отличие от самого молодого человека, была ему знакома.
– Господин Корф, я обязан успеть сказать вам кое-что, – Адам говорил быстро, действительно торопился: – Мой прапрадед – капитан Родион Богдалов служил с вами. Я знаю об этом из его дневников, как и обо всём, что случилось с вами в ту самую ночь. Он был с вами тогда.
Слова Адама вызвали удивление у всех. Ровена взглянула на Александра и увидела, как надменное выражение его лица меняется на растерянно-радостное. Корф конечно помнил капитана Богдалова. Друга его отца и своего боевого товарища. В ночь, когда он попал в камеру демона, Родион действительно сопровождал их в миссии против князя Валея и видел всё, что случилось.
– Мой прапрадед писал в дневнике, что ночь, когда вы закрыли камеру демона, заперев себя вместе с ним, он считает самой тёмной в истории существования общества, – говорил Богдалов. – И жалеет о том, что ничем не смог помочь вам тогда. Он до конца жизни оставался другом вашего отца и поддерживал его во всём. Я подумал, что вы захотите об этом узнать.
Сказав всё, что хотел, Адам замолчал. В наступившей тишине, стражи переглянулись. Ровена, искренне впечатлённая словами Богдалова, с интересом изучала молодого человека. В отличие от неё, мужчины команды не поддались восхищению. Кайсаров и Гораев, поглядев друг на друга секунду, начали улыбаться, и Платон, наконец, насмешливо произнёс:
– Ну… подлизал, так подлизал. Где-то специально учат?
Эти слова вызвали немедленную реакцию – люди рассмеялись. Даже сам Адам.
– Если хочешь попасть в команду мечты, придётся научиться и такому, – ответил он, потирая мочку уха от волнения. – Но простите меня, господа, моя семья была связана с делами общества, деятельность которого вы намерены расследовать, и мой прапрадед не простил бы меня, если бы я не попытался быть полезным господину Корфу. Так что для меня это личное.
Александр тяжело вздохнул:
– Какую жизнь он прожил?
– Мой прапрадед? – улыбнулся Богдалов. – Очень хорошую. Дожил до ста десяти лет. Оставил много потомков и добрую память о себе. Мы все гордимся им.
Корф покачал головой, вздохнул, но с улыбкой произнёс:
– Спасибо.
На этом слове к стражам вернулся Гидеон. Турмистров заговорил не сразу, сначала пристально оглядел Адама, подумал о некоторых, возникших подозрениях, которые он пока не мог озвучить.
– Господин Турмистров… – начал было Богдалов.
– Да, я слышал, для тебя это личное, – прервал его Гидеон. – Значит так, золотой мальчик, я не могу не взять тебя в команду. Но и церемониться с тобой не обязан. Ты понял?
– Разумеется, – чётко ответил Адам.