Ольте показалось, что она ослышалась. Сердце пропустило удар и забилось птицей, словно пытаясь вылететь из грудной клетки. Надежда заполыхала огненным цветком, заставляя вглядеться в смутно знакомые черты, наклонившегося над ней кареглазого лекаря.
Внезапно память приоткрыла свою завесу и выпустила нужное воспоминание на волю. Над ней наклонился тот, чью руку она освобождала от золотистых полос ткани!
— Трис? Это… ты?
Всё вокруг заискрилось из-за слёз.
— Ну не плачь, мышка моя, — услышала она шёпот в этом новом внезапно вспыхнувшем надеждой искрящемся мире. — У меня теперь своё собственное тело. Я тут у вас теперь надолго, и у нас с тобой всё будет хорошо.
Чьи-то губы легко коснулись её губ.
Хлопнула дверь.
— Ну как она? Очнулась? Прекрасно! — услышала она голос Криса, чувствуя, как Трис осторожно губами вытирает её слёзы.
Крис подошёл к её постели.
— Я смотрю, вы уже познакомились и даже довольно близко. Поздравляю!
Она смущённо дрогнула уголками губ.
— Ольта, поздравь меня тоже! Я дожил до светлого момента, когда Трис обзавёлся своим полноценным мужским телом и наконец-то от меня отпочковался. Это просто праздник какой-то!
Он радостно улыбнулся и сел с другой стороны постели.
— Ну что, дорогая моя, выглядишь прекрасно, — уже серьёзно сказал он, внимательно разглядывая её лицо. — Скажи спасибо Трису. Он тут дневал и ночевал у твоей постели, усиливая регенерацию кожи и не давая образоваться шрамам. В результате полностью сохранил твою красоту. От магического огненного шара с расстояния десяти метров без жутких шрамов после ожогов пока никто не уходил. Гордись, ты первая.
Через два дня они втроём покинули Черенгу.
Где-то там далеко их ждал остров.
Глава 16
Ольта и Трис поженились ещё по дороге на Корчер.
Их планелёт приземлился в Сехе ранним вечером. Трис настоял на том, чтобы отправиться в храм сразу по прилёту не откладывая. Ольта не возражала.
Предложение руки и сердца от Триса прозвучало ещё в Черенге. Несколько восхитительных совместных ночей, проведённых ими за эту неделю возвращения на Корчер, лишь укрепили Ольту в правильности её решения.
Осталась только эта простая формальность — добраться до храма и сообщить богам об их решении быть вместе.
Ольта приняла новую внешность Тресара буквально сразу же, ещё в лечебнице Черенги. После пережитого удушающего чувства потери и отчаяния, она приняла бы Триса в любом теле. Оказалось совершенно неважным карие глаза у него или серые, тёмные длинные волосы, или светлые короткие, как у Криса. Внешняя оболочка не играла роли, потому что Ольта словно видела настоящего Тресара сквозь неё.
Хотя, конечно, очень неплохо, что этот мужчина, тысячу лет пролежавший в стазисе, был вполне симпатичным.
Шрам у неё всё-таки остался. Небольшая отметина в форме звезды навсегда отпечаталась на её груди у шеи, рядом с ключицей.
Трис назвал эту отметину орденом за отвагу.
Почему-то Ольта совершенно не расстроилась, рассматривая в зеркало эту звезду у себя на груди.
Она была не косметическим дефектом, а памятью.
Эта лучистая отметина отпечаталась на коже как напоминание о пережитом. Напоминанием о том, как ей повезло, что в тот момент рядом был Трис.
Напоминанием о том, что именно этот удар огненного шара удержал тогда Триса от ухода.
Напоминанием, что он остался жить здесь ради неё.