Он покачал головой.
— Насчёт дилера не знал, но я знаю, что Давиан попал под следствие. Попали все главные коллекционеры культурных ценностей фейри. Он оказался чист.
— Только потому, что ничего не было найдено, не означает, что он чист. — И чем больше я об этом думала, тем становилась более убеждённой в том, что что-то нащупала.
Теннин пожал плечами.
— Агентство очень осторожно в этих делах.
— Агенты также считали, что мои родители вступили в сговор с дилером горена, — напомнила я ему. — Они тоже часто ошибаются.
— Что верно, то верно, — задумчиво ответил он. — Но неужели ты думаешь, что они послушают тебя, если ты придёшь к ним со своими подозрениями?
Я нахмурилась.
— Нет. К тому же, Давиан сейчас крайне остерегается Агентства. Если у него и есть что прятать, он однозначно не даст себе расслабиться, когда агенты вынюхивают поблизости, — я потёрла подбородок. — Мне надо выяснить, как поговорить с ним, и может даже попасть к нему домой.
Теннин разразился смехом.
— Ты не можешь пойти к Давиану Вудсу и представиться. А о том, чтобы попасть к нему в один из домов, вообще можешь забыть. Единственный способ попасть в его святилище, это иметь приглашение.
Он всё ещё говорил, когда меня озарило. Я улыбнулась как Чеширский кот.
Теннин резко прекратил смеяться.
— Почему ты так на меня смотришь?
— Я придумала идеальный способ встретиться с Давианом Вудсом, — я позволила словам повиснуть в воздухе между нами.
— И как же? — несколько минут он таращился на меня, а потом как в фильме его лицо осунулось от ужаса. — Нет. Однозначно, нет.
— Ты даже ещё не услышал мой план.
Он попятился назад, подняв руки.
— Пусть всё остаётся как есть.
— Ты не хочешь помочь мне? — я состроила такое же печальное лицо, какое обычно Виолетта использовала на мне.
— Не то, чтобы я не хочу. Всё дело в персоне, к которой я испытываю разумное уважением, и которая сдерёт с меня шкуру, если я поставлю тебя в потенциально опасное положение.
Я махнула рукой.
— Это светская вечеринка, а не наркопритон. И мой папа в жизни не узнает, если никто из нас не проговориться.
Теннин открыл рот, закрыл его и снова открыл.
— Прости.
— Я понимаю, — я нацепила улыбку. — У меня иногда получается быть находчивой. Я сама найду способ встретиться с ним.
В его глазах вспыхнула тревога.
— Какую часть о том, что это слишком опасно, ты не поняла?
— Какую часть о том, что жизнь моих родителей зависит от этого, ты не понял? Я пойду на всё, лишь бы обеспечить им безопасность.
Он тихо выругался на английском и склонил голову.