— Лукас знает о тебе с Принцем Рисом?
— Тут нет никаких «мы с Принцем Рисом», и Лукас не имеет никакого права говорить мне с кем общаться, — ответила я немного грубее, чем хотела.
Нахмурившись, я потянулась к книге, но Теннин одёрнул руку.
— Ты играешь с огнём, Джесси.
Я вздохнула.
— Ничего между мной и Принцем Рисом не происходит. Он пригласил меня на обед, и я дала ему ясно понять, что большего не будет. Ты же следишь за ним со времени его дебюта, так что должен знать как обстоят дела. Не успеем оглянуться, а он уже увлечётся очередной сияющей игрушкой.
— Во имя нашего же блага, надеюсь, ты права.
— Что это вообще значит?
Он положил книгу на стол.
— Ты приехала сюда на машине?
— Ну, уж нет. Ты не имеешь права ляпнуть такое, а потом перевести разговор, — я скрестила руки. — Что ты имел в виду, говоря «во имя нашего же блага».
Теннин будто муху проглотил.
— Что я тебе такого сделал? Неужели не можешь просто забыть, что я что-то сказал?
Я не стала отвечать.
Он мучительно вздохнул.
— Лукас дал понять, что ты под его опекой, и что любой фейри, который доставит тебе неприятности или пристанет к тебе, будет держать ответ перед ним.
— Он что сделал? — я вскочила на ноги и уставилась на Теннина. — Когда?
— Ещё в начале января. Я был в мире фейри, и услышал об этом, как только вернулся, — он состроил гримасу. — Всё не так плохо, как звучит. Он сделал это для того, чтобы предупредить каждого, кто может попытаться причинить тебе боль.
Я поверить не могла в услышанное.
— Почему ты мне не рассказал?
Теннин послал мне «ты-серьёзно» взгляд.
— Он потребовал молчать.
— А сейчас ты всё же решил рассказать.
— Оттого, что я начинаю думать, что от тебя проблем больше, чем от него, — Теннин потёр глаза. — Я планирую попросить его о всепрощении. Он, вероятно, дарует мне снисхождение, только потому, что он знает, что меня припёрли к стенке.
Я свирепо взглянула на него.
— А теперь ты ведёшь себя как король драмы.
— Да? А ты знаешь, что он сказал мне на вечеринке у Давиана после твоего ухода? Он сказал, что понимает моё затруднительное положение и поскольку мои намерения в твой адрес были исключительно хорошими, он закроет глаза на то, что я привёл тебя в дом Давиана Вудса.
Я упёрла руки в боки.
— У него нет никакого права так говорить с тобой.
Теннин покачал головой.