Хоггарт не мог оставить всё на самотёк — паранойя не позволяла. Он не стёр девочке память, как можно подумать. Лишь провёл едва заметную коррекцию. Алана с того сна стала считать несущественным существование мешочка с незримым расширением и его содержимое. Настолько несущественным, что никому об этом не говорила, словно о ежедневном походе в душ и туалет. Никто же не делится подобным с окружающими.
Картины он не отдал по той же причине — не хотел раскрывать тайну владения волшебными предметами и левым трансдюсером. Вот если это вскроется, лишь тогда он сошлётся на забывчивость и вручит репродукции картин.
Следующим утром Дункан в третий раз стал свидетелем прилёта флаера. Первые два раза это были огромные белые платформы, груженные контейнерами. Ничего интересного, кроме самого факта полёта контейнеровоза. Но на этот раз всё иначе. В посёлок прибыл небольшой белый флаер яйцевидной формы с плоским днищем. Он приземлился на окраине посёлка на специальной площадке.
Дункан проводил аппарат взглядом, пока тот не скрылся из виду за деревьями. Затем пошёл завтракать.
В это время столовая ломилась от людей. Тут собралась большая часть посёлка: взрослые, дети и подростки. Дети в основном хватали еду и бежали есть на природе, пока погода позволяла устраивать пикники. Большая часть подростков напоминала зомби. Они брали еду и шли в свои кубрики. По всей видимости, вчера у ребят постарше были экзамены. Дункану достался свободный столик в углу огромного шатра.
Не успел он ополовинить завтрак, как к его столику направились новые лица. Высокий крепкий мулат с лысой головой и едва поспевающая за ним блондинка, высокая, крепкая с пышной грудью и с симпатичным округлым лицом, на котором выделялись ярко-зелёные глаза.
— Ты же Дункан? — широко лыбился мулат. — Хотя о чём я? Конечно, ты Дункан! Две точки, одна из которых Жирная! Такой один на весь ваш проект. Я Джон, специалист по генетике человека. Это Кристина, микробиолог и специалист по сверхчувствам.
Дункан обратил внимание, что оба три точки, одна из которых телепатия, две других стандартные для учёных: телекинез и лечение. Он кивнул, прожевал кусочек чего-то растительного, что по вкусу ближе всего напоминало мясо, и ответил:
— Ага. Привет. Это вы прилетели на флаере?
— Мы-мы, — мулат говорил быстро и фонтанировал радостным предвкушением. — Ты же позволишь себя исследовать?
— С чего бы это? — нахмурился Хоггарт. Ему исследования представлялись экспериментами в стиле доктора Менгеле с последующим вскрытием, оттого пугали.
— О! Ты же уникален! — закатил глаза Джон.
— Прости Джона, — включилась в беседу Кристина. — Он слишком любит новые уникальные гены, забывая о том, что имеет дело с людьми. До нас дошли кадры того, как ты спасаешь сотрудницу вашего проекта. По расчетам искина ты развил скорость сто семьдесят семь километров в час. Такое достижение считалось невозможным для человека. Рекорд бега шестьдесят четыре километра в час — больше не выдерживает человеческий организм.
— Да-да-да, — светился от восторга Джон. — Уникальный случай! Парень, ты можешь послужить на благо науки. Я на десять утра забронировал планетарный искин для обработки твоей ДНК, так что нужно спешить. Ты же не откажешься послужить на благо человечества?
— Джон, вы пожрать мне дадите?
— Конечно. Конечно-конечно! Ты ешь-ешь, парень. Это не помешает исследованиям.
— Ох, и глупец… — закатила глаза блондинка. — Зеркальная бошка, Дункан имел в виду, что мы мешаем его приёму пищи! Ты слышал о личном пространстве и тому подобном?
— Что-то слышал, — Джон был непробиваем и продолжал сиять улыбкой во весь рот. — Я бы тоже поел.
— Кристина, — посмотрел на неё Хоггарт, — ты мне кажешься более адекватной. Ответь — ваши исследования не причинят мне вреда?
— Нет, конечно! — вместо неё возмутился Джон. — Всё безопасно, как иначе?
— Зеркальная бошка прав, — кивнула Кристина.
— Тогда я в вашем полном распоряжении, но с условием, что вы поделитесь со мной результатами.
— Без проблем, — сухо кивнула Кристина. — Я за едой. Зеркальная бошка, тебе захватить?
— Да-да, конечно-конечно. Давай, Крис. Быстрее поедим, скорее начнём. Мне аж не терпится узнать твою уникальность, — не спускал он восторженного взора с Хоггарта.
— Парень, ты меня пугаешь, — Дункан спокойно отправил в рот ложку с грубой кашей. Прожевав, продолжил: — Если бы такое сказала девушка — другое дело, но от парня подобное слышать стрёмно, знаешь ли.
— Глупости, — отмахнулся мулат. — Твои гены могут послужить на благо человечества, парень! Мы сможем улучшить будущие поколения. Только представь — крепкие и выносливые детки, способные преодолеть физический предел человеческого тела.
— Мне и представлять не нужно, — тихо пробурчал Дункан. — Главное, не сделай из них оборотней или вампиров, Джонни…
— Ха! Ха-ха-ха! — Джон от смеха схватился за живот. — Во шутник! А ведь и правда в этом есть что-то из легенд древности. Ты ешь чеснок?
— Обожаю чеснок, — Дункан был самой искренностью. — Особенно чесночную колбасу. Только вы вместо колбасы даёте траву, от которой меня мутит.
— Убивать животных неэтично, парень. Генномодифицированные продукты дают нашим организмам все необходимые микроэлементы, как если бы при употреблении в пищу мяса.