На описание всего этого уходит время, но на самом деле произошло все лишь за несколько вдохов. Ла Раи наблюдал за всем этим со спокойным выражением лица, словно он ожидал этого. Он был совершенно неэмоционален, хотя его глаза блестели.
— Большое спасибо за помощь, Собрат Даос Ла, — сказала Хань Бэй с милой улыбкой. Она слегка поклонилась ему.
— Собрат Даос Хань, это был умный ход, уничтожить твоего любимого Се, — сказал он холодно.
Юноша не был удивлен, потому что пурпурный Фэншуй Компас, который она дала ему, был не только не отмеченным, в нем также содержалось сообщение. В сообщении она прямо сказала ему, что планировала убить Се Цзе, и когда это произойдет, ему не нужно тревожиться.
— Когда Секта Великого Мрака поймала меня и членов моего клана, казалось, что они будут хорошо к нам относиться. Но на самом деле, мы ничем не отличались от животных в клетке. Се Цзе был хуже всех, он обращался со мной ужасно еще с детства. Когда мы выросли, у него были другие желания… Так что, это естественно, что я убила его. Если бы я этого не сделала то все, что мы бы сегодня получили, заберала Секта Великого Мрака. Теперь мы можем разделить все между собой, — она улыбнулась ему, и продолжила, — Брат Ла очень сообразительный, я не посмела бы попытаться обмануть тебя. Поэтому и оставила сообщение на Фэншуй Компасе. Я всегда делаю то, что планирую. Сегодня техника переплавки Времени будет нашей. Отныне тебе больше ничего не нужно делать.
Ее лицо было искренним, хотя она вздохнула про себя. У всех шестерых, которые начинали миссию, были свои мысли и планы. Лишь Ла Раи видел все насквозь, и все понял сразу. Люди вокруг него умирали, но он оставался невредимым. От этого в сердце Хань Бэй появлялся страх, а также восхищение. Произойди хоть одна ошибка на пути, юноша умер бы. Из-за этого она подсознательно боялась провоцировать его. Поэтому ее слова были правдой, и они раскрывали ее истинные намерения.
Выражение лица Ла Раи было таким обычным. Он ничего не сказал, просто кивнул. Однако в его руке появился меч Инь, и, если Хань Бэй сделала бы что-то угрожающее, он вызвал бы молнию, и смерть была бы гарантирована.
Хань Бэй сделала глубокий вдох, и посмотрела на него. У нее больше не осталось замыслов. Поездка сюда была трудной, и она использовала все свои трюки. Она и вправду не хотела больше сталкиваться с неудачей. Ее рука начала выполнять заклинание, огромная статуя затряслась и начала возвращаться к круглому котлу. Когда он коснулся его, весь мир внутри квадратного котла затрясся. Крышка круглого котла медленно начала наклоняться, и оттуда начал выливаться пурпурный Ци. Ла Раи заметил, как внутри парили три нефритовые страницы. Их вид соответствовал пурпурному Ци, и они не до конца вышли из котла, словно могли в любой момент опуститься обратно.
Глаза Хань Бэй были полны яркого блеска, и она охнула. Ее правая рука ударила по сумке, и появилась небольшая глиняная банка, размером примерно с голову человека. Она взлетела в воздух, превращаясь в луч света, который направился к круглому котлу. Когда она приближалась, на его поверхности появились трещины, и он взорвался, весь пепел, который был внутри, полетел вперед.
Среди пепла оказались призрачные образы. Там были мужчины и женщины, и их возраст отличался, но все они были похожи друг на друга; это должно быть, члены Клана одной родословной. Это был не случайный пепел — это был пепел, собранный от сжигания разных членов Клана Хань, и в них содержалась жизненная сила. Разлетались силуэты, и они почтенно кланялись круглому котлу.
— Родословная Патриарха Хань, согласно древнему соглашению, родословная продолжает существовать, Патриарх, пожалуйста, верните… — когда фантомы говорили, то входили в пурпурный Ци.
В то же время статуя Патриарха Клана Хань протянула ладонь, и надавливала на котел. Когда силуэты вошли в пурпурный Ци, и статуя надавила на котел, он задрожал, издавая гул, который сотрясал все. Во время этого шума фантомы начали гореть. Что касается статуи, она неистово дрожала. Начиная с ног, трещины протягивались по всему его телу. Внезапно он начал распадаться на части.
Отныне в этом месте не будет девяти статуй, останется лишь восемь! Хань Бэй дрожала, словно невидимая сила трясла ее. Она сделала несколько шагов назад, затем выплюнула кровь. В то же время из разломленной статуи вылетел пурпурный блеск. Ла Раи мог отчетливо видеть воодушевление в ее глазах. В пурпурном блеске появился маленький спящий человек. Он вдруг направился к Хань Бэй, врезавшись между ее бровями и слившись с ней.
— «Вот, зачем она пришла!» — подумал Ла Раи, его глаза сощурились.
В то же время из-за жертвоприношения десять фантомов Клана Хань и три нефритовые страницы в пурпурном Ци освободились из круглого котла, и вылетели наружу. Во время этого был слышен звук, похожий на вздох, из круглого котла.
Когда прозвучал вздох, одна из летевших нефритовых страниц вдруг остановилась, а затем полетела обратно к котлу. Остальные две продолжили лететь вперед.
Место меж бровей Хань Бэй заблестело пурпурным светом. Тяжело дыша, она взлетела в воздух за одной из страниц. Ла Раи тоже прыгнул в воздух, двигаясь на самой своей большой скорости, за другой страницей. Они взлетели одновременно и в разном направлении, уклоняясь от молний, догоняя нефритовые страницы. Когда каждый из них уже дотягивался до своей страницы, зеркало, которое наблюдало за ними все это время, внезапно начало действовать.
От его движений лицо Ла Раи исказилось, а Хань Бэй помрачнела. Оба они были напуганы.
Само по себе зеркало не было опасным, но ему, кажется, нравилось запрыгивать на головы людей, а затем поглощать молнии. Другими словами, его появление возвещало об атаке большого количества молнии!
— Черт побери! — сказал Ла Раи, его глаза сощурились, когда он увидел, что зеркало летело к нему. Хань Бэй, которая двигалась в другом направлении, выдохнула от облегчения.
Не сводя глаз с зеркала, Ла Раи схватил нефритовую страницу, и затем быстро помчался обратно, насколько это возможно. Он убрал меч Инь, это эффективный инструмент для запугивания других в этом месте, но в этом случае, это лишь привлечет зеркало, а значит, и больше молний. К сожалению, он, кажется, действовал слишком медленно. Юноша помчался обратно с максимальной быстротой, но зеркало было очень настойчивым. За один миг оно оказалось перед Ла Раи. Оно направилось вниз, и вероятно, собиралось опуститься на голову юноше. Но прежде чем оно успело, прежде чем Ла Раи смог сделать что-либо, зеркало вдруг задрожало. Лицо старика снова появилось на его поверхности. Его глаза были широко открыты, и выражали они неверие и радостное изумление. Внезапно лицо открыло рот и заговорило:
— Неужто ты как-то связан с Ее Высочеством, Госпожой Ла? Как неожиданно, твоя аура мне очень напоминает о ней до того печального происшествия… Эй, малец, кем тебе приходится досточтимая Госпожа Ла? — зеркало начало вертеться вокруг него, то вглядываясь в лицо юноши, то ненадолго останавливаясь перед золотым лотосом в его волосах, — Ну в самом деле, — продолжало дивиться зеркало, чуть ли не впритык разглядывая правый глаз Ла Раи, — Вылитая досточтимая Госпожа Ла… неужто прямой потомок? На планете Южный Звездопад, прямой потомок? — все больше изумлялось зеркало, — Эй, какая культивация сейчас у твоей матери?!
— Она мертва… — не подумав, выдавил изумленный действиями зеркала Ла Раи, — Когда я видел ее последний раз, у нее была девятая ступень Конденсации Ци…
— Конденсация Ци… — зеркало замерло, словно высчитывая что-то, — Неужели и вправду досточтимая Госпожа Ла… Постой, ты сказал, мертва!?
Ла Раи осторожно кивнул, глядя на яростно исказившееся лицо на поверхности зеркала, однако то будто бы не заметило его кивка, продолжая буравить юношу взглядом.
— Досточтимую Госпожу Ла невозможно полностью уничтожить, пока жива ее вторая сущность и хотябы один золотой лотос! — прорычало лицо на поверхности зеркала, — Если ты не прямой потомок досточтимой Госпожи Ла, то кто ты такой!?
— Ла Раи… — все также пораженно произнес юноша, слегка склонив голову набок.
— Да сдалось мне твое имя! — выплюнуло зеркало, — Я спрашиваю, кто ты такой, а не как тебя зовут!
Ла Раи теперь и вовсе остолбенел, не понимая, что от него хочет услышать злополучное зеркало. Когда он га секунду ухватывался за нить разглагольствований зеркала, та, словно не жалея сил, рванулась из его рук, тем самым сводя не нет все попытки юноши разобраться в сути сказанного зеркалом.
Если бы на этом всё, то ничего страшного не было бы. Но за один миг взъярившееся зеркало вдруг появилось перед Хань Бэй. Она смотрела шокировано, как оно за раз поглотило нефритовую страницу, будто затянув ее в черную дыру. От увиденного волосы на голове Хань Бэй зашевелились. Она ничего, кроме как отойти назад, не могла сделать.