— Золотой Лотос… Ла Линьхуа… действительно ли ты был цветком, дарящим миру надежду и свет? Почему же мне кажется, что твое сердце погрязло в непроглядной тьме жестокости и отчаяния…?
Крики лиц в болоте слились в один общий отчаянный гимн ненависти к небу, пели его люди, погибшие против своей воли. Их ярость никогда не угаснет, неважно сколько лет минует.
Золотой Лотос! Вот только золотой ли…?
Существование Древнего Клана Золотого Лотоса шло вразрез с волей небес. Истребительное Треволнение пало на них, но Клан не желал так просто сдаваться. В своей непокорности небесам они собрали всю мощь их Клана и создали храм, сделали эти священные земли своими. Земле нельзя повредить, как и разрушить храм. Клан Золотого Лотоса не может быть полностью уничтожен!
На вершине храма покоился огромный черный барабан, словно в течение многих веков его раз за разом окропляли кровью. У основания храма, рядом с гигантской статуей, стояла слегка приоткрытая каменная дверь. Изнутри лился яркий свет, в котором можно было разглядеть вырезанных на камне свирепых чудовищ.
Подобно грому прогремел древний голос, объявший весь мир, заглушивший все вопли и крики:
— Желающий мое Наследие, да вступит он в храм мой!
Глаза Ла Раи сверкнули, котенок фыркнул и презрительно огляделся. Из его горла послышалось рычание, а глаза превратились в два сверкающих солнца. Его изящный корпус и роскошный золотой мех создавали совершенно невероятную картину. Это милое существо могло разорвать в клочья все, что было ему неугодно!
Гром непрестанно рокотал в небе, темноту то и дело прорезали вспышки молний. Тело Ла Раи превратилось в луч радужного света, который полетел прямиком к древнему храму. Позади котенок с ревом последовал за хозяином. Как только оба поднялись в воздух, руки, тянущиеся из болота, внезапно начали растягиваться. В мгновение ока они достигли Ла Раи и чуть было не схватили его.
Он холодно хмыкнул, хлопнул по своей бездонной сумке и послал вперед мечи Инь Ян. Мечи закружились вокруг юноши, отрубая руки, прежде чем те успевали даже коснуться его халата. Кровь черным дождем полилась вниз. Мерзкий, тошнотворный запах разом заполнял каждый уголок этого мира. Тело котенка начало испускать золотое свечение, ни одной руке не удалось коснуться его, еще на подходе их всех разрывало на куски.
Когда Ла Раи и котенок были на полпути от храма, лица в болоте в унисон завизжали. Зеленые щупальца-паразиты на лицах этих людей в болоте распрямились. Они превратились в множество острых стрел, которые рванули вверх к юноше.
Зеленые шипы оказались невероятно быстры, поэтому сложно было судить сколько именно их выстрелило в Ла Раи. Но одно можно было сказать точно, за считанные секунды они сумели покрыть огромное расстояние, теперь их от Ла Раи отделяло всего сто метров. Но тут котенок зашипел, увеличился в размерах и рванул вперед, его массивный корпус прикрыл Ла Раи.
Прогремел такой мощный взрыв, что запросто мог бы заглушить удар грома. Когда золотое сияние столкнулось с летящими щупальцами-шипами, земля содрогнулась. Прогремел еще один взрыв, после которого грохот еще стоял в воздухе около десяти вдохов. А потом один за другим щупальца-шипы распались и превратились в зеленый туман, который тут же накрыл всё вокруг.
Это изрядно утомило котенка, но он всё равно нашел в себе силы угрожающей зашипеть. Ла Раи вышел из столкновения без повреждений, он погладил котенка по голове и вместе человек и кот продолжили свой путь к древнему храму. Когда до храма оставалось шесть сотен метров остатки щупальцев-шипов в виде зеленого тумана внезапно пришли в движение. Туман начал сгущаться и в мгновение ока превратился в гигантскую туманную сферу, которая преградила Ла Раи путь. Туман бурлил и рокотал, постепенно принимая форму зеленой туманной головы со светящимися глазами. Она открыла рот, и изнутри вырвалось еще больше тумана. В тумане галопом неслись призрачные лошади, их кавалькада устремилась на Ла Раи и котенка. При их приближении глаза юноши сузились. Он прочертил правой рукой в воздухе, очевидно приведя в действие одному ему ведомое запечатывающее заклятье. А потом его правая рука легла на спину котенка. Когда запечатывающее клеймо коснулось котенка, из его тела вырвался леденящий золотой свет способный заморозить всё, что встанет у него на пути!
Призрачная кавалькада застыла! Руки внизу, лица, болото, всё застыло!
Если он не получит Наследие, тогда ему не удастся использовать эту технику во внешнем мире, без Божества Золотого Лотоса она не работает. Благодаря Наследию Восьмого Заговора Властителя Демонов, он уже немного понимал, как работают запечатывающие техники. Новообретенная техника оказалась довольно могущественной, у Ла Раи появилось чувство, что после детального изучения и при должной сноровке он сможет использовать ее на приемлемом уровне даже без Божества Золотого Лотоса.
Золотое сияние запечатало всё, Ла Раи и котенок миновали гигантскую голову и поспешили к древнему храму.
Когда уже казалось, что они успешно добрались до храма, неожиданно всё внутри Ла Раи закричало о надвигающейся смертельной опасности. Котенок тоже задрожал, уцепился зубами за край его халата и потащил его назад.
Огромный клинок около трех метров в толщину просвистел у того места, где только что стоял Ла Раи. Острие вонзилось в землю, она задрожала и на ее поверхности образовалась огромная трещина. В это же время печать льда начала трескаться. В следующий миг все вернулось в норму. Огромный меч, который секунду назад парил в воздухе теперь покоился в руке статуи, стоящей снаружи храма.
От недавней атаки у Ла Раи изо рта брызнула кровь. Побледневшего юношу изо всех сил тащил назад котенок. Они не успели уйти далеко, когда гигантская статуя внезапно ожила. Она медленно подняла голову и посмотрела на Ла Раи. Неописуемое давление опустилось на юношу, вместе с ним он почувствовал леденящий душу холод. Словно взгляд этой статуи пронзал его насквозь, мог видеть самые потаенные секреты.
Руки в болоте больше не тянулись вверх, наоборот, они судорожно пытались убраться поглубже в мутную воду, словно статуя вселяла в них неодолимый ужас. Зеленая туманная голова опустила глаза, словно выражая почтение статуе. Гром и молнии в небе, наоборот, усилились. Они сконцентрировались на статуе, как будто сами Небеса хотели превратить голову статуи в груду щебня. Рядом с Ла Раи, растянувшись ничком, лежал дрожащий котенок, словно одним своим существованием статуя обладала силой, с которой он не мог справиться.
— Треволнение Грома не стихает несчетное число лет. Несмотря на эту формацию, и несмотря на то, что я это не он, ты всё равно пытаешься уничтожить мой дух…? Катись отсюда!
Статуя подняла руку и щелкнула пальцами. Воздух задрожал от оглушительного рокота, рука статуи словно превратилась в черную дыру. Молнии задрожали и попытались объединиться вместе, но в итоге они рассыпались на множество вспышек электричества и исчезли. В следующий миг… в небе не осталось ни одной молнии. Наступила тишина. Земля дрожала, мириады лиц в болоте тряслись от страха. Парящая в воздухе туманная голова тоже склонилась в страхе. Котенок вел себя также. В этой статуе было что-то, чему никто из них не мог сопротивляться.
— Твои Дао Колонны отвечают требованиям Наследия, — сказала статуя, холодно глядя на Ла Раи, — Но ты… ты не достоин обрести Наследие. Но раз ты прошел пятую формацию, я не стану убивать тебя. А теперь проваливай!
Весь мир содрогнулся от этого голоса. Изо рта Ла Раи брызнула кровь, его самого отшвырнуло на сотни и сотни метров назад. Рядом с ним возникла сияющая дверь.
— Что до тебя… — продолжила статуя, ее холодный взгляд переместился на котенка, — Второсортное отродье Золотого Лотоса. Ты не достоино того, чтобы быть поглощенным мной, не говоря уже о том, чтобы стать Духом Регалией…
Левая рука статуи легла на меч, собираясь разрубить дрожащего на земле котенка. Глаза Ла Раи налились кровью. Позади мягко сияла дверь, всё что ему нужно было сделать: войти в нее, и тогда он покинет шестую формацию. Он изо всех сил попытался затормозить, отчего его правая нога болезненно хрустнула, а изо рта брызнула очередная порция крови.
— Почтенный, я недостоин Наследия, пускай. Но пожалуйста, не причиняйте ему боль… — от голоса Ла Раи котенок вздрогнул.
Он хотел посмотреть на Ла Раи, но опустившееся на него давление от статуи похоже привело в действие какую-то древнюю метку внутри него. Он мог только бессильно дрожать. Из его пасти раздался едва различимый скулеж. Клинок в руках статуи замер на полпути. Каменная голова повернулась к Ла Раи.
— Ты потерял право покинуть это место, — равнодушно произнесла статуя, сияющая дверь тут же распалась на куски.