<p>
</p>
Я шёл по дорожке, выложенной большими красными и жёлтыми плитами. Солнце светило с безоблачного неба, было очень жарко, а в голове не было ни единой мысли. Вдоль аллеи, по обеим сторонам, стояли высокие, похожие на ракеты, деревья. Ракеты, при чём тут ракеты? Что-то было такое с ними связано. Но думать не хотелось.
Аллея, между тем, кончилась, и я вдруг оказался на довольно большой открытой площадке. В центре огромная клумба, справа что-то вроде спортплощадки - мальчишки перебрасывают через сетку мяч. Игра какая-то сложная. Не волейбол, точно. А других игр я и не знаю. Не играми зарабатываю я себе на жизнь... Стоп. Дальше думать пока нельзя. Почему нельзя? Нельзя и всё.
Да уж, странными играми зарабатываю я себе на жизнь. Не волейболом, отнюдь не волейболом... Стоп. А что у нас слева от клумбы? Там стоят столики, толпится народ. Девушки в форменных платьицах наливают что-то в стаканы...
А солнышко печёт, воздух если и холоднее температуры тела, то совсем чуть-чуть... Ветерок отсутствует, тень тоже. Полдень, типа... и каждая клеточка моего обезвоженного тела шепчет: "Налево, налево... Скорее. И эти милашки в лиловых мини-платьях нальют восхитительную, прозрачную, пузырящуюся, очень холодную, сладкую, но чуть кисловатую..."
Но нельзя. Я ведь играю в какую-то игру. Или не в игру. Или... Тут опять тупик. Вспомнить ничего не удаётся. Но за одним из столиков сидит очень красивая девушка. В короткой джинсовой юбке и обтягивающей, чуть желтоватой, почти белой, футболке. И каждая клеточка моего жаждущего мужского тела...
Но это всё лирика. А вот её взгляд... Внимательный. Цепкий. Профессиональный. И мне ни в коем случае нельзя налево. Вот туда, к мальчишкам. Мяч летает, подчиняясь лёгким касаниям рук, бьется о землю, поднимается над сеткой... Интересная ведь игра. Правил я не знаю, но кто об этом знает здесь?
Игра, конечно, интересная, но не настолько же, чтобы взрослый дядя пялился на неё часами. У дяди есть и другие дела. Поэтому потихоньку, потихоньку, мимо клумбы, мимо сетки, вот в ту аллейку. Вот именно туда мне и надо - а почему бы, собственно, и нет? И я спешу, очень спешу. Поэтому иду быстро.
Однако жара. И пить хочется. А справа, на небольшой асфальтовой площадке, выстроились в ряд три огромных, в рост человека, бордовых шкафа. На каждом написано: "Газированная ВОДА". И стакан запотевший нарисован. Чтобы, уж значит, даже самый тупой сообразил, для чего эти шкафы предназначены. Я хоть и не тупой, но такие агрегаты вижу в первый раз. Так что и надпись, и картинка очень даже кстати.
Так, вот у шкафа углубление, в углублении - стакан. Вот какие-то кнопки. А где прорези для... Ага, для этих, для монет. Кстати, а монеты-то у меня есть? На футболке нет ни одного кармана. Исследую джинсы - в них карманов целых четыре. Два сбоку и два сзади. В карманах, однако, ничего нет.
Нет, я точно тут на спецзадании? Какой идиот меня забрасывал? Да, а кто я? И почему решил, что я тут на каком-то спецзадании? Ещё бы хорошо вспомнить, что это за "тут" такое. Банальный такой вопрос: "И где я?" Но слабости никакой нет, голова не болит. Пить хочется, но это от жары. Наверное.
Ладно, вернёмся к нашим баранам. То бишь к бордовым ящикам. Поскольку прорезей для монет нет, то скорее всего... Однако, что-то не так, движение какое-то за спиной... Резко оборачиваюсь. Передо мной стоит та самая девчушка. В джинсовой юбке и этой своей бледно-лимонного цвета футболке. И смотрит на меня. Внимательно. Цепко. Профессионально...
И что прикажете делать? Задушить её и быстренько закопать труп в клумбе? Попытаться убежать? Нет, очень трудно выполнять спецзадание, когда ничего не помнишь - даже и самого спецзадания. Поэтому просто стою как дурак и смотрю на неё. Внимательно так смотрю. Цепко. Профессионально... А что мне ещё остаётся?
- Ты пей, - говорит девушка, - верхняя кнопка - с сиропом, нижняя - без.
- Ага, - сказал я. - Понятно.
Подставил стакан, нажал верхнюю кнопку. В автомате что-то долго урчало, потом в стакан с ураганным рёвом ударила мощная струя воды. Стакан быстро наполнился буровато-прозрачной жидкостью, пронизанной бегущими вверх пузырьками и увенчанной белой шапкой пены.
Я медленно взял стакан, медленно поднёс ко рту. Медленными глотками начал пить. Я никуда не спешил. С одной стороны, вода была холодной. А с другой стороны, мне нужно было время для размышлений.
Девушка не спускала с меня цепкого взгляда. Мышцы под её футболкой не бугрились, но это ещё ни о чём не говорило - есть масса единоборств вовсе и не требующих большой физической силы. Вот например... Опять этот проклятый барьер в мозгах! Опять ничего не могу вспомнить. А ведь, если размышлять логически, я должен в совершенстве владеть техникой какой-нибудь борьбы. Раз уж меня отправили сюда без оружия. Или обладать какими-нибудь экстраординарными способностями. К телекинезу, например. А тот факт, что я знаю это слово...
Да, это внушает оптимизм - если я не помню почти ничего, но знаю слово "телекинез", значит я, скорее всего, им и владею. Надо как-то проверить, причём, незаметно. Ну, в смысле, чтобы эта девчонка ничего не поняла. А как? Ага, воду-то я почти допил. Если теперь слегка разжать пальцы, незаметно выпустить стакан из рук и тут же подхватить его силой своей мысли... Стакан выскользнул из ладони и, не смотря на мои отчаянные мысленные усилия, устремился вниз и грохнулся об асфальт, разлетевшись на тысячу хрустальных обломков. Так, похоже, телекинезом я тоже не владею.
- Ой! - громко ойкнул я, стараясь придать своему голосу как можно больше естественности.
- Ой! - огорчилась девушка. - Не получилось, да?
Я сделал вид, что не придал значения её странным словам, пытаясь одновременно понять, чего было в её голосе больше: ехидства или сочувствия. И что мне, собственно, делать дальше? Хотя, вариантов-то, похоже, практически нет. Придётся играть в эту странную игру, которую мне зачем-то навязывает здешняя служба безопасности. Игру, в которой у меня нет ни одного козыря. И это бы ещё полбеды, хуже, что я вообще не знаю, что это за игра и бывают ли в ней козыри...
- Ладно, - сказала девушка, снова став серьёзной. - Пошли.
И она не спеша двинулась по дорожке, прочь от бордовых шкафов и усыпанного сверкающими осколками асфальта. Я поплёлся за ней, с трудом удержавшись от идиотского вопроса: "Куда?" Если уж я ничего не понимаю, то надо хотя бы попытаться этого не показать...
Шли мы довольно долго и вышли в конце концов на набережную. Там было много народу, все улыбались, ели мороженое, сидели за столиками многочисленных кафешек. Столики стояли прямо на набережной, от солнца их прикрывали разноцветные зонтики.
Все выглядели весёлыми и беззаботными. А мне говорили, что тут всё плохо, людей надо спасать, взорвать к чёрту этот гадюшник... Кто говорил? Вопрос интересный. Я и сам хотел бы знать. Но, блин, туман войны. Какой к лешему войны? Кто с кем воюет? Не могу же я взрывать целый мир, вообще не понимая, кто и с кем воюет. А я могу его взорвать? Может и могу, откуда мне знать?
Девушка уверенно села за столик. У самого парапета. Мне ничего не оставалось, как сесть тоже. Тут же подскочила официантка. За соседними столиками сидели ещё две или три парочки. Ожидая обслуживания. Но подскочила официантка именно к нам. Естественно. Служба безопасности, она и в Африке Служба безопасности. В этом мире могло не быть Африки, но Служба безопасности в нём, естественно, была.
Ну ладно. Мне не дали оружия, я не владею никакими единоборствами, и телекинезом не владею тоже. Но что-то же у меня есть? Или я шестёрка, которую просто сбросили за ненадобностью? Но, так бы и сказали. Я же идейный, я всё пойму. Или... Или я не такой уж идейный, или мне недостаточно верили. Ну что за игры, блин. Я даже не знаю герой я или предатель. Верю я во что-нибудь или нет. Во что вообще можно верить в этом мире.
Нам принесли вазочки с мороженым. По три шарика и все разного цвета. Вкусное, особенно кофейное. Ну прямо мир моего детства. Сейчас ещё солдатиков подарят - тех, серебристых, в маленькой коробочке... Или в цирк сводят. Расслабить хотят, взять тёпленьким... Только вот интересно, детство я тоже толком вспомнить не могу. Цирк был в южном городке, очень похожем на этот. Солдатики - совсем в другом месте. Там не так было жарко, хотя и лето. И моря там не было - была река. А секретов я тоже никаких не помню, так что зря стараются...