Потоп: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

...и обломки разлетелись. Из-под завалов вылетела бледная продолговатая фигура, задев перья птицы. Прикосновение было быстрым и лёгким, едва задело кончик крыла, но внезапное движение спугнуло ворону. Птица взлетела, спасаясь на упавшей яблоне. Она не заметила, как с её перьев капает белый творог грибка.

Фигура вытянулась дальше в открытое пространство. Грибок колыхался и сгибался, словно мускулы. Оно было такое же толстое и длинное, как мужская рука, но это была не мужская рука. На конце "руки" у него было пять пальцевидных придатков, но это были не пальцы. Рука, кисть и пальцы были просто тенями – призраками того, чем они когда-то были. Теперь они были просто мягкими.

Существо извивалось и толкалось, и обломки соскользнули с его пути. Везде, к чему оно прикасалось, – каждый кирпич, камень и кусок дерева – появлялось ещё больше странного белого пуха. Наконец, фигура выбралась из руин и вытянулась во весь рост, встав на двух грибковых ногах. Оно протянуло руки и обратило своё безликое лицо к небу. Там, где раньше были его глаза и нос, теперь стекали капли дождя. От его глаз остались лишь два тёмных пятна, а носа не было вообще. Его рот превратился в серый разрез. Существо попыталось заговорить, но оказалось, что не может вспомнить как, и вместо этого захрипело.

Ворона, наблюдавшая с упавшей яблони, в ужасе улетела. Фигура наблюдала, как птица улетает. Скоро птица станет мягкой. Фигура знала, что это хорошо. Все должно стать мягким. Это было необходимо. Необходимо...

...oно не могло вспомнить.

Это существо не могло вспомнить много вещей. Онo зналo, что когда-то у него было имя, но не зналo какое. Когда онo думалo об этом, в грибковом налёте, который заменил его мозг, появлялись какие-то образы. Онo вспомнилo, как женщина ударила его пистолетом по голове. Вспомнилo падение. Как стал единым целым с Бегемотом. Но соединение было прервано, не так ли?

Что прервало это соединение?

Онo вспомнилo, как в него стреляли несколько раз. В грудь. Плечо. Другие места. Но это случилось до того, как онo упалo. Онo вспомнилo, как из пулевых отверстий вываливались черви. Их побег омрачил существо. Ему нравились черви. Они были его друзьями. Онo былo их священником. Черви заползали внутрь его головы и рассказывали разные вещи. Секретные вещи. Что-то о Лабиринте в центре мира и о существе, которое там обитало, о существе, которому нельзя было дать имя, потому что это означало неминуемое разрушение. Черви описали форму Левиафана, Бегемота и Великой Бездны. Существо вздрогнуло при мысли о Великой Бездне. Онo хотелo отправиться туда. Ему хотелось окунуться в те далёкие глубины и навсегда слиться с ними.

Но сначала нужно было стать мягким.

Мягкий... Я хочу быть мягким... Все должно быть мягким... птица... камни... деревья... земля... Гарнетт...

Гарнетт. Это имя что-то зажгло в сознании существа. Гарнетт. Именно Гарнетт и его друзья помешали существу стать единым целым с Бегемотом. Гарнетт. Ситон. Молодой человек. Девушка. Онo не могло вспомнить их имена. Не былo уверенo, что онo когда-либо зналo их имена. Но онo запомнилo их лица, запомнилo Тедди Гарнетта, и, вспомнив, существо заново открыло своё имя. Грибковые руки сжались в кулаки. С его тела капала слизь, собиралась у его ног и смешиваясь с дождевой водой.

Существо выкрикнуло своё имя в небо, и ему ответил гром.

Генри стоял у открытого люка зернохранилища и смотрел, как поднимается вода. Когда снова прогремел гром, он вздрогнул.

Промокшая, Сара подняла кулак и снова постучала в дверь. Раздались шаркающие шаги. Что-то начало возиться с дверью. Она сделала шаг назад, готовая ко всему. Её сердце бешено билось.

Когда дверь распахнулась, в третий раз раздался гром.

Глава 18

Первое, что Генри заметил, когда проснулся, это то, что он насквозь промок. Второе, что он заметил, это то, что он лежит на склоне.

Мокрость была относительной. На самом деле он не был сухим с тех пор, как начался дождь. Влага пропитала всё, проникая в здания и одежду, как будто они были папиросной бумагой. Даже если он находился внутри, всепроникающая сырость в воздухе, в конце концов, добиралась до него. Он был мокрым всегда и постоянно мёрз, в результате у него постоянно появлялись симптомы простуды. Ничего особенного. Ни лихорадки, ни хрипов в легких. Но из носа постоянно текло, и он довольно часто чихал. Сегодняшнее утро ничем не отличалось. Единственным изменением было то, что, когда он заснул, его килт из мешковины был просто влажным. Теперь он стал мокрый насквозь.

Странный угол, в котором он оказался, был скорее поводом для беспокойства. Он заснул, а Мокси свернулась клубочком в картонной коробке рядом с ним. Сейчас её там не было. Он приподнялся на локте, оглядываясь в поисках неё, зевая и пытаясь понять, что происходит. В ногах покалывало, как будто они затекли, а в голове стучало. Когда Генри сел, он понял почему.

Зерновой бункер накренился.

Ночью вся конструкция сдвинулась на своём основании далеко внизу. Пол был наклонен вниз, так что его ноги оказались под небольшим углом над головой. Хуже того, вода, заполнявшая центр бункера, хлестала через перила и текла по полу к открытой двери, которая теперь была наклонена в сторону океана. Он задавался вопросом, как ему удалось это проспать. Им повезло, что эта штука не упала в воду.

- Дерьмо.

Он потряс ногами, растирая их, чтобы возобновить кровообращение, и подождал несколько минут, пока головная боль не утихла. Затем он позвал Мокси. Она подошла к нему, робкая и нервная, шла под углом, цепляясь когтями за деревянные полы. Свое неудовольствие по поводу нового поворота событий она выразила слабым печальным воем. Генри притянул её к себе и посадил кошку себе на колени. Когда он гладил её по спине, к его ладони приставал мокрый мех.

- Ну, я же говорил, что мы свалим отсюда сегодня. Это просто доказывает это. Мы не можем больше ждать, девочка. Нам пора уходить, иначе голод будет наименьшей из наших забот.

Мурча, Мокси подняла голову, чтобы он почесал ей подбородок.

- Я просто не понимаю, как бункер мог так сдвинуться с места. То есть я знаю, что нижняя половина находится под водой, но фундамент все равно должен быть прочным. Это же бетон и сталь. Вода не могла так быстро его ослабить, правда?

Он подумал о странном белом грибке. Судя по тому, что он видел раньше, он медленно покрывал всё, на чём рос. Мог ли он всё это время расти под землей, медленно разжижая бункер?

Мокси закрыла глаза и прижалась ближе. Генри перестал её гладить.

- Тебе не слишком комфортно? Ну же, давай. Вставай. Мы не можем здесь больше задерживаться.

Мокси пискнула, когда он осторожно сбросил её со своих колен. Генри вскочил на ноги, изо всех сил пытаясь удержаться на скользком, опасном новом подъеме. Он почувствовал, как под его ногами вибрирует пол. Где-то под водой застонал фундамент. Со стропил посыпались обломки – старое птичье гнездо, кусочки соломы и кусок тухлого, гниющего сена. Остановившись, Генри затаил дыхание, ожидая, что вся конструкция рухнет в воду в любую секунду. Вместо этого бункер вздрогнул, а затем остановился.