– Несколько мешков распаковали. Я видел. Они снесли их в хижину Гардинга.
– Нашли они там что-нибудь?
– Мясо!
– Отлично. Поищите темный полотняный мешок, завязанный ремнем из оленьей кожи. Вы найдете там несколько фунтов самородного золота. Никто никогда в этих местах такого золота не видывал. Слушайте, сделайте вот что…
Четверть часа спустя, получив подробные инструкции и обморозив себе пальцы, Брэк ушел. Смок тоже отморозил себе нос и щеку. Он целых полчаса терся лицом об одеяло, и только жар и покалывание прилившей к щекам крови уверили его, что опасности больше нет.
VI
– Мне все ясно. Не сомневаюсь, что это он убил Кинэда. Вчера вечером мы слышали все подробности. Зачем снова выслушивать то же самое? Я голосую: он виновен!
Так начался суд над Смоком. Оратор, здоровенный детина, выходец из Колорадо, был очень огорчен, когда Гардинг сказал в ответ, что Смока надо судить по всем правилам, и предложил выбрать судьей и председателем собрания Шэнка Вильсона. Все население Двух Срубов вошло в состав присяжных и попутно, после некоторой дискуссии, лишило женщину, Люси, права голоса.
Смок, сидя на койке в углу комнаты, прислушивался к разговору между Брэком и одним из золотоискателей.
– Не продадите ли вы мне пятьдесят фунтов муки? – спрашивал Брэк.
– У вас не хватит песку, чтобы заплатить мне за нее.
– Я дам вам двести.
Тот покачал головой.
– Триста! Триста пятьдесят!
Когда дошло до четырехсот, человек согласился и сказал:
– Пойдемте ко мне в хижину. Там вы отвесите песок.
Они пробрались к двери и вышли. Через несколько минут вернулся один Брэк.
Гардинг давал свидетельские показания, когда Смок увидел, что дверь отворилась и в щели показалось лицо человека, продававшего муку. Он подмигивал и делал какие-то знаки одному из золотоискателей. Наконец тот встал и пошел к двери.
– Куда ты, Сэм? – спросил Шэнк Вильсон.
– Я на минутку, – ответил Сэм. – У меня там дело.
Смоку разрешили задавать вопросы свидетелям. Начался перекрестный допрос. И вдруг все услышали визг собачьей упряжки и скрип полозьев по снегу. Кто-то из сидевших у двери выглянул наружу.
– Это Сэм и его компаньон, – сказал он. – Они помчались по направлению к Стюарту.
В течение полминуты никто не сказал ни слова. Все многозначительно переглядывались. Уголком глаза Смок видел, как Брэк, Люси и ее муж шептались между собой.
– Продолжай, – сказал Шэнк Вильсон Смоку. – Кончай поскорее допрос свидетелей. Ты хочешь доказать, что тот берег не был осмотрен. Свидетели этого не отрицают. Мы тоже. Но это и не понадобилось. Не было следов, которые вели бы к тому берегу.
– И все же на том берегу был человек! – настаивал Смок.
– Что ты нам очки втираешь. Нас не так много на Мак-Квещене, и мы всех знаем.
– Кто был тот человек, которого вы выгнали из лагеря две недели назад?
– Алонсо Мирамар, мексиканец. Но при чем тут этот вор?
– Ни при чем, если не считать того, что вы о нем ничего не знаете, господин судья.
– Он пошел вниз по реке, а не вверх.