– Колени-то, видал? – хрипло зашептал Солтмен.
– А как же! И плечи. Перемазался, когда ползал по шахте. – Говоря это, Бешеный обводил глазами засыпанную снегом глубокую лощину, и вдруг его взгляд задержался на чем-то, что заставило его присвистнуть. – Смотри-ка, Билл! Вот, вот, видишь, яма? Да это же они рыли шурф! И в обе стороны следы на снегу. Если это не жила, которая простирается по обе стороны, так я ничего не понимаю. Самая настоящая жила.
– И какая громадная! – воскликнул Солтмен. – Да, ничего не скажешь, находка!
– И внизу, вдоль откоса – видишь, как порода выходит наружу и опять уходит вглубь? Откос как раз перерезает жилу.
– А ты вон куда погляди. – Солтмен показал на дорогу, пересекавшую скованный льдом Юкон. – Похоже, весь Доусон идет сюда.
И Бешеный увидел, что вся дорога чернеет, залитая сплошным людским потоком вплоть до дальнего доусонского берега, на котором тоже толпится народ.
– Ну, не мешает, пока они не нагрянули, заглянуть в тот шурф, – сказал он и быстро зашагал к лощине.
Но тут дверь хибарки распахнулась, и на пороге появились Смок и Малыш.
– Эй! – окликнул Смок. – Вы куда?
– Хотим выбрать участок, – отозвался Бешеный. – Поглядите на реку. Весь Доусон будет расхватывать ваши участки, и мы хотим выбрать первыми. Верно, Билл?
– Еще бы, – подтвердил Солтмен. – По всему видно, шикарный будет поселок, от желающих переехать сюда прямо отбою не будет.
– Вы пошли не в ту сторону, ту часть мы не продаем, – сказал Смок. – Участки под застройку вон там, направо, и повыше на утесах. А эта часть, от реки и до самого верха, не продажная. Так что поворачивайте оглобли.
– Но мы присмотрели себе именно эту землю.
– Говорят вам, не продается, – резко ответил Смок.
– Что ж, ты и пройтись в ту сторону не разрешаешь? – упорствовал Солтмен.
– Не разрешаю. Довольно вы тут погуляли, надоело. Поворачивайте назад.
– А мы все-таки хотим пройтись, – упрямо сказал Солтмен. – Идем, Бешеный.
– Смотрите, это противозаконно, вы вторгаетесь в чужие владения, – предостерег Смок.
– Вовсе нет, мы просто гуляем, – весело возразил Солтмен и, повернувшись, двинулся было дальше.
– Эй! Стой на месте, Билл, не то я тебя сейчас продырявлю! – загремел Малыш, выхватывая два «кольта» и прицеливаясь. – Еще шаг – и я проделаю одиннадцать дырок в твоей поганой шкуре. Понятно?
Ошарашенный Солтмен остановился.
– Понять-то он понял, – пробормотал Малыш. – Но если он пойдет дальше, тогда что? Не могу же я стрелять. Как тогда быть?
– Послушай, Малыш, рассуди здраво! – взмолился Солтмен.
– Поди сюда, тогда и порассуждаем, – ответил Малыш.
Первая волна доусонцев уже захлестнула крутой откос и надвинулась на них, а они все еще пререкались.
– Человек хочет купить землю, присматривает себе участок, а вы говорите, что он куда-то вторгается, – доказывал Бешеный.
– А если земля уже принадлежит другому владельцу? – возражал Малыш. – Как раз этот самый кусок – частная собственность, вот и все. Говорят тебе, этот участок не продается.
V
– Надо скорее кончать, – шепнул Малышу Смок. – А то их, пожалуй, не удержишь…
– Храбрый ты парень, если надеешься их удержать, – шепнул в ответ Малыш. – Тут их две тысячи, и еще прибавится. Того и гляди ринутся на наши участки.