- Деньги не для меня, идиот. - Скиннер не удостаивает его даже взгляда, но требовательно смотрит на меня. - Вы ведь не хотите ночевать на улице среди беднейших из бедных, не так ли?
Мы с Пейшенс отрицательно качаем головой. Только Сай демонстративно скрещивает руки на груди.
- Если мы не пойдем людям на встречу, тогда у них тоже не будет причины идти навстречу нам. Понятно?
Я киваю и достаю заметно похудевший кошелек с АМОС-Карточками.
Увидев портмоне, Скиннер удивленно смеется, забирает его у меня и тут же засовывает мне обратно в карман.
- Что...? - начинаю я.
Он на шаг приближается ко мне и, понизив голос, до заговорщицкого шепота говорит: - Не позволяй никому, слышишь никому, увидеть, что у тебя с собой столько денег. Людей убивали и из-за куска хлеба. Деньги... - Он отходит от меня и делает несколько шагов назад. - Деньги означают здесь смерть. Того у кого их слишком много, не долго живет... Ладно, оставим это. А теперь дай мне мелочь. Мелкие купюры или монеты. Не много.
Я не думаю, что люди здесь пользуются чем-то другим, кроме наличности, мне просто не хочется разводить дискуссии, да и к АМОС в моем кармане я тоже не привязана. Это просто средство для достижения цели. Я достаю несколько мелких купюр, остатки наличных денег, которые у меня еще есть и передаю их Скиннеру. Он пересчитывает купюры и делит их на всех.
- Когда я спрошу вас о них, тогда снова отдадите их мне. Это все, что у вас есть. Поняли?
- Да, Скиннер, мы... - говорю я, но он и в этот раз не дает мне высказаться.
Он встает перед Саем и вызывающе смотрит на него. - Ты тоже понял, или я должен еще раз повторить для непонятливых...
В этот раз мне удается прервать Скиннера. - Мы все всё поняли, а теперь пойдем. - Я хватаю его за руку и тащу за собой, до того, как Сай успевает отреагировать на провокацию. - Обязательно надо было его провоцировать? - спрашиваю я, когда мы удаляемся на несколько метров.
Поначалу, кажется, что Скиннер хочет объясниться, но затем он просто улыбается и указывает вдаль. - Красиво, правда?
Только сейчас я обнаруживаю скопление разбитых хижин и покосившихся деревянных домов, лежащих перед нами. Мимо проходят люди, бродящие среди построек в рваной одежде. Иногда они наклоняются, поднимают что-то и кладут либо в сумки, либо снова выбрасывают.
- Утилизация мусора, - говорит Скиннер и продолжает идти. - Даже здесь выбрасываются вещи, которые могут пригодиться другим людям. Если бы я был тобой, я бы присматривал за своей собакой. Для здешних людей это деликатес.
Я свистом подзываю Мали к ноге. Чем ближе мы приближаемся к этой унылой деревне, тем мрачнее становится наше настроение. Никто из нас не разговаривает, мы все смотрим вперед и пытаемся понять всю эту нищету перед глазами. Конечно, я знала, что Ничья Земля — это серое и унылое место, но увидеть такое я при всем желании не рассчитывала. По углам домов стоят бледные женщины, прижимающие к себе тощих детей с отстраненными лицами. Повсюду, на фоне куч мусора, лежат скорее мертвые, чем живые люди. К гнилому колу привязана коза, на вид не способная давать ни мяса, ни молока. Однако за ней все же присматривает человек с палкой. Все недоверчиво смотрят на нас, оглядывают с головы до ног, но ничего не говорят.
- Ты часто здесь бываешь, - шепчу я Скиннеру, шагающему прямо к разрушенному зданию. – Они тебя знают.
Он пожимает плечами и приветствует человека у входной двери, тяжело опирающегося на обломанную ветку. У него редкие волосы, а одет он в изношенную одежду.
Я тоже приветствую человека, а хорошо воспитанная Пейшенс улыбается и даже подает ему руку.
- Здравствуйте, сэр. Я Пейшенс, а это...
- Хватит! Заходим. - Скиннер тащит за собой Пейшенс на глазах у смущенного старика и проталкивает ее в дверь. - Что я вам говорил? Не разговаривать с жителями Ничьей Земли, - шипит он.
Собственно говоря, ничего подобного он не говорил, но Пейшенс так смущена, что просто кивает и робко извиняется.
Мы находимся в крошечном помещении для гостей, напоминающем своего рода кабак. Но в отличие от столицы здесь не хватает гостей. Один лишь хозяин стоит за самодельной стойкой бара, состоящей из одной деревянной доски, вмонтированной в две ржавые бочки. На стойке догорают два огарка свечи, торчащих из бутылок из-под вина. Хозяин держит в руках кувшин с отломанной ручкой и смотрит на нас с непонятным выражением лица.
- Подождите здесь.
Мы трое остаемся стоять возле двери и смотрим на Скиннера, как он преодолевает короткую дистанцию, разделяющую его и хозяина. Я не слышу, что он говорит, могу понять только лишь жесты. Он показывает то на нас, то на мою ногу. Видимо пытаясь таким способом разжалобить хозяина, рассказывая ему о моем ранении.
- Я не доверяю этому парню, - говорит Сай, даже не пытаясь говорить тише.
- Я думаю, он в порядке, - отвечает Пейшенс вместо меня.
Я разделяю ее мнение. Хоть Скиннер и кажется мне странным, тем не менее, я не думаю, что у него есть какие-то плохие намерения. Наоборот.
- Друзья, подойдите сюда. - Скиннер машет нам, и мы делаем, что он говорит.
Я крепко держу Мали за ошейник. Не дай бог, она вырвется и окажется в какой-нибудь кастрюле.