Он нервно проводит рукой по лицу.
- Я смог вынести вас наружу, но они увидели нас, понимаешь? Нас увидели. - Он беспокойно оглядывается. - Этот корабль - гигантская ловушка посреди моря.
Мне нужно время, чтобы осмыслить его слова. Клубы дыма, обволакивающие моё сознание, рассеиваются очень медленно. Затем я переношу своё внимание с него на то, что нас окружает, и наконец понимаю, что мы находимся на палубе. Тем временем наступила ночь, и от лиссабонской жары не осталось и следа. Мы стоим на якоре, и корабль тихонько покачивается на одном месте.
- Хорошо, тогда нам сейчас, как можно скорее, понадобится спасательная шлюпка.
Мой голос звучит слишком громко, я ещё не могу им управлять, а когда пытаюсь встать, колени дрожат.
- Я считаю, что принцесса не сможет отправиться с нами на поиски шлюпки. - Сай бросает взгляд вниз, на Пейшенс, которая всё ещё борется с подступающей тошнотой. - Я пойду один, а вы подож...
С быстротой молнии, он хватает меня за плечи и прижимает к стене узкой галереи, на которой мы находимся. Над нами, на верхней палубе, раздаются громкие голоса.
- Проклятые обитатели Ничьей Земли!
Шаги, затем другой голос.
- Я же знал, что они гнездятся где-то здесь! Эти крысы!
Сай и я задерживаем дыхание. Он велит Пейшенс подобрать ноги, чтобы рыбаки, заглянув через поручни, не смогли нас сразу же обнаружить. Неловко, как молоденькая косуля, она пытается сгруппироваться, чтобы занять очень мало пространства.
- Они снова спрятались где-то внизу! - Шаги отдаляются. - Мы никогда не найдём их, это отродье, не дураки.
Тишина.
Сай облегчённо вздыхает. Я тоже немного расслабляюсь. Затем, лишь в паре метров от нас, распахивается дверь, и изнутри катера выходят пять или шесть матросов. Все они вооружены: кто деревянными рейками, кто толстыми дубинками, один - даже сковородкой.
- Проклятье, - шипит Сай и смотрит в другую сторону. Я ощущаю, как напрягается его тело, и тоже отваживаюсь взглянуть туда. И с той стороны подтянулись мужчины, в резиновых сапогах и таких же фартуках, со слепой яростью на лицах.
- Кто вы? - орёт один из них.
- Мы родом из Лондона, - отвечает Сай. - Всё, чего мы хотим - это вернуться туда.
Один из рыбаков, тот, у которого сковорода, приближается и осматривает нас с ног до головы. У него худое лицо и узкий орлиный нос, который кажется обломанным, если глядеть на него с боку.
- Тогда вам, пожалуй, лучше было бы сесть на самолёт или на поезд.
Его взгляд скользит по мне, потом по Пейшенс.
- Кто бы мог подумать, что девушки, рождённые в Ничьей Земле, такие хорошенькие?
Он поднимает Пейшенс вверх, и его пальцы скользят по её волосам. К тыльной стороне его руки приклеились чешуйки от рыбы.
- Убери от неё свои грязные лапы! - выкрикиваю я. - Или я ...
Я получаю крепкий удар в бок, который свалил бы меня, если бы Сай не продолжал меня поддерживать.
- Цс-цс-цс, - цыкает мужчина со сковородкой. - Кто это вздумал дерзить?
- Эта малышка права! - кричит другой мужчина, вероятно, ударивший меня. - Тот, кто прячется под палубой, как крыса, определённо не чище крысы! Лучше нам к ним не прикасаться.
- Тогда самым лучшим будет вышвырнуть их, как крыс, за борт! - Взгляд мужчины со сковородкой мрачнеет, он нагибается. - А вместе с ними и их шавку.
Я слышу, как заскулила Мали, этот звук отзывается во мне больнее, чем слова мужчин, чем удар, полученный мной, однако прежде, чем я могу помочь ей, на нас набрасываются матросы и оттаскивают друг от друга.
Меня окутывает неприятный запах рыбы, крови и немытых тел, и каждая из моих отчаянных попыток заканчивается тем, что меня обхватывает чья-то рука, или я получаю сокрушительный удар. Мужчины подбадривают и подзадоривают друг друга. Гнев, который рабочие должны скрывать изо дня в день, из года в год, со всей своей силой, изливается на нас. Мне вспоминается мать Пейшенс. Так же я слышала о более жестоком обращении людей с улицы, с промышленниками и рабочими. Итак, несомненно одно: если они удовлетворятся лишь тем, что выбросят нас за борт, то нам повезло.
Глава 30