— Ты не покинешь этот дом, пока я этого не захочу — сказал он, глядя мне в глаза.
А я перевела взгляд на его губы. Это был посыл и Бес его понял. Я ощутила скольжение его руки по моему бедру.
— Нарываешься… — Не спрашивает, утверждает. Дразня, провел губами по моей шее, так что из груди вырвался стон.
— Может быть я не боюсь… — прошептала я, запуская руки в его волосы.
Вдыхая терпкий, пьянящий аромат его тела, я сходила с ума от ощущения близости с этим мужчиной.
Отстранившись он опустил бретели сарафана и легкая ткань скользнув по моим ногам упала на пол. Несколько секунд хватило ему, чтоб налюбоваться своим трофеем.
— Моя. Ты только моя.
Я победно улыбнулась, про себя отметив: «Нет, милый. Это ты мой».
Затем он подхватил меня на руки и отнес на кровать. Оставляя обжигающие следы поцелуев, принося неистовое наслаждение, заставляя стонать и извиваться не оставил без внимания ни один изгиб моего тела. Сумасшедшая волна наслаждения накрыла меня, и
я почувствовала что теряю разум от этого приступа возбужденной страсти.
-Глеб… — отрывистый шепот вырвался непроизвольно и был похож на мольбу.
— Хочешь чтобы я остановился? — хрипло выдохнул он.
Не в силах произнести ни слова, я отчаянно замотала головой. И прежде, чем он опустил ресницы, я успела заметить в глубине его черных глаз удовлетворение.
Возможно, наша близость была не столько необходима для дела, сколько для меня. Возможно, я не находила другой способ получить флешку, потому что не хотела искать.
Я лежала у него на груди и слушая стук его сердца, чертила пальцем узоры на мускулистом теле.
— Глеб…Я хочу домой…Отпусти меня
— Эта тема закрыта. У меня действительно проблемы, и тебе действительно опасно жить одной
«С головой у тебя проблемы»- я мысленно выругалась. Бессонов упивался своим положением: хозяин жизни да и только. Весь мир у его ног, и даже я. Последнее ему особенно нравилось. Делай что хочешь: запри в доме или выкинь на улицу. Лично я не сомневалась, так и было бы, приди мне в голову задержаться здесь. Слишком быстро я стала мягкой и податливой в его руках. Вслух я сказала, конечно, совсем другое:
— Я сойду с ума и однажды застрелюсь в этой постели- я заговорщицки улыбнулась.
Бес расхохотался.
— У тебя есть оружие?
— Достать его в этом доме не трудно.
— Что ж, не проблема! Думаю к этому времени ты мне уже наскучишь, — он откровенно смеялся.
— О, проблема, конечно, не в этом, — теперь был мой ход, — Проблема в другом: Я ведь могу и мемуары оставить, а могу и отправить их в какое-нибудь ток-шоу. Как тебе такой заголовок «Слуга народа держит в сексуальном рабстве актрису театра».
Глеб, продолжая веселиться, резко свалил меня в подушки и сам оказался сверху:
— Ах ты, маленькая дрянь! Шантаж-грязное дело, уверена, что справишься? — он шептал где-то в районе моей шеи.
— Не попробую- не узнаю. — отозвалась я.
— Когда улажу свои дела, обязательно отправлю тебя домой, а пока могу выполнить лишь какое-нибудь твое желание.
И я загадала желание. Есть одна военная мудрость: сражаясь с букашкой, смотри на нее как на тигра и тогда победишь. Толи Бес в военных мудростях не силен, толи никак во мне тигра не мог разглядеть, но потеряв бдительность, после долгих уговоров, все-таки поддался. Приводя какие-то немыслимые доводы, я убедила его, что мне жизненно необходимо остаться с ним вдвоем, без персонала, без охраны, только я и он. Взамен я обещала целый месяц быть хорошей девочкой, ну или плохой, что он сам выберет. Тот факт, что Бессонов согласился, только еще раз свидетельствовал о том, что никаких проблем у него нет, это просто предлог держать меня под рукой.
Глава 12. Ящик пандоры