Глава 18
Софья
— Только если от любви к тебе, маленькая. Только к тебе…
— Что значит, как невестку? — перепросила я, вскидывая на парня встревоженный взгляд.
До меня только дошла суть услышанного, в которую почему-то не верилось.
— Эй, ты чего? — поинтересовался он, а моя реакция, по всей видимости, лишь рассмешила его. — Это ведь должно было случиться, рано или поздно. Уверен, что мама будет только рада за нас.
— Но… А как же моя сестра и твой отец? — уточнила я, а Дима накрыл мою ладонь и сжал её, устраивая на своей груди. — И потом, ты совсем не спросил меня, хочу ли я выйти за тебя замуж.
От мысли, что он собирался сделать мне предложение, сердце в моей груди даже замерло на секунду.
— Отцу придётся принять мой выбор, а что до твоей сестры… — ответил Борзов, вдруг сжимая мне пальцы до боли и продолжая сквозь зубы: — Она точно последний человек на Земле, чьё мнение меня интересует. Извини, что так резко говорю о ней, но…
— Не извиняйся, — попросила я, быстро освобождая руку и накрывая той его рот.
Привстав, заглянула ему в глаза и вздохнула, а затем добавила:
— Ты вовсе не виноват и не обязан извиняться передо мной из-за неё. Я не знаю, что она ещё успела сделать тебе, раз ты так ненавидишь её. Однако…
Тут простыня скользнула вниз, оголив мне грудь, и взгляд Димы замер на ней. Мы оставили окно в спальне открытым, чтобы проветрить комнату, поэтому с улицы дул майский ветерок, отчего мои соски стремительно затвердели.
— Ты и не обязан любить Виолетту только потому, что мы встречаемся. Мне просто тяжело изменить своё мышление сразу. Это трудно.
Я покачала головой, а Дмитрий нахмурился, отчего между его бровей легла морщинка. Не удержавшись, я попробовала разгладить ту, и черты его лица заметно смягчились, а на губах заиграла милая мальчишеская улыбка. Взяв мою ладонь, он поцеловал сначала её внутреннюю часть, а потом и каждый пальчик по отдельности, из-за чего я засмеялась.
Вскоре Дима обнял меня, быстро подминая под себя и накрывая мои губы своими. С улыбкой отвечая на поцелуй, я обняла его за шею, обхватывая ногами за бёдра.
— Ты выйдешь за меня? — ошарашил он внезапным вопросом, оторвавшись от моих губ.
Широко распахнув глаза, я уставилась на Борзова, ощущая то, как сердце вновь пропустило удар. «Он сейчас серьёзно? Предлагает мне это, когда мы собираемся заняться сексом?» — подумала про себя, скользя внимательным взглядом по его лицу.
— Э-эм, — протянула вслух, даже и не зная, как реагировать на подобное.
Приподнявшись на локтях и найдя одеяло, я с досадой отметила, что мне требовалось перегнуться через парня, чтобы достать свои вещи. Вздохнув, прикрыла грудь подушкой и опёрлась спиной о изголовье кровати, принимая более удобную позу.
— Ты серьёзно? — первым делом спросила я, хотя в моей голове и роилось много других вопросов. — То есть, я немного растеряна. Если точнее, то не совсем немного. Чёрт!
Окончательно запутавшись и забыв о том, что хотела сказать, прикрыла лицо подушкой. Я чувствовала, как начинала краснеть, а шея с лицом пошли красными пятнами. Дима мягко, но настойчиво убрал подушку, а потому мне только и осталось, что смущённо потупиться, окончательно растеряв все слова.
— Посмотри на меня, — не потребовал, как делал это обычно, а попросил он, тем самым удивляя меня. — Знаю, я должен был сделать всё должным образом. Цветы, кольцо, ресторан…
По всей видимости, Борзов по-своему оценил мою реакцию, а потому просто делился со мной собственными же мыслями. Впрочем, я не думала об этом и совершенно не слушала, размышляя о его предложении. Признаться честно, я удивилась. И пусть сама ляпнула сдуру, что он сначала должен был спросить моё мнение, но…
«Чёрт, как же всё-таки трудно. И мне бы в первую очередь согласиться, сказать ему заветное «да», однако сколько «но» стоит между нами! Аргументов того, почему мы не можем пожениться, очень много, но сердце почему-то упрямо не хочет их принимать. Оно рвётся к нему, как и разум. Тогда чего же я боюсь?» — мысленно задалась вопросом и тихо пробубнила, обращаясь скорее к себе, чем к Диме:
— Мои родители не будут в восторге.
— Убедим, — уверенно заявил он.
— Твоя мама… Она может не принять меня. Опять же из-за сестры, — со вздохом продолжила я, посмотрев на него.
— Моя мама хорошая женщина, Соня. Такая же, как и бабушка. Сама в этом скоро убедишься, — уверил меня Борзов, взяв моё лицо в ладони.
— У меня через две недели закончатся экзамены, и мне придётся возвращаться домой, в Севводстрой, — с грустью призналась ему.