— Вечно ты со своими нравами!..
— Будто ты сама не думаешь, что он симпатичный…
— Подумать только. Хотел, значит, с ним дружбу завести?! А оказывается, что он тебе нравится!
— Я просто не отрицаю, что он симпатичный!
Элиз была в шоке от такого признания. Ни для кого не было секретом, что старосте Гриффиндора было плевать на пол при выборе партнера для любовных утех. Кому такое было интересно — знал и давно принял как должное. Однако девушка не ожидала, что ее друг вот так сразу захочет «познакомиться поближе» с новым студентом (даже не беря во внимание то факт, что студент — слизеринец).
— И что ты теперь будешь делать?
— Ты о чем?
— Будешь ли ты пытаться привлечь его внимание?
— Как ты не понимаешь?! Я просто считаю его привлекательным, как тебя или Стива, но это же не означает, что я стремлюсь завести с вами роман!
— То есть ты собираешься оставить все как есть?
— Ничего не случилось. Так что и делать нечего. Я намерен продолжать учиться, выполнять свои обязанности и играть в квиддич!
— А вот это уже правильно!
Том благоразумно не лез в разговор друзей, предоставив им самим разобраться в созданном ими же конфликте. Очки, которые он прежде снимал только перед сном или дракой, сейчас покоились в кармане мантии. Однако увиденное через них перо еще надолго отпечаталось у него в сознании. В его списке ближайших деяний появился еще один пункт: наведаться в комнату Загорного и в очках изучить все его вещи (возможно, кроме одежды). Очки были однажды найдены им на чердаке дома его бабушки, которая потом любезно подарила их своему внуку. Старая колдунья утверждала, что стекло в оправе могло смотреть сквозь преграды и показывать истинную суть предметов. Она продемонстрировала их действия, заставив посмотреть на старую фотографию с одиноко стоящим человеком. Надев очки, Томас тогда увидел скучающего оборотня. Фотография была очень большая, но он был там только один. Парень сказал об этом своей бабушке, а она ответила, что не стоит делать общие фотографии с оборотнями.
Стекло имело двойное действие, так как было двусторонним. Если смотреть из очков, то можно было видеть скрытое, а если в них — сущую неправду. Вот когда Том злился или огорчался, очки меняли отражения этих эмоций в его глазах. Еще обратная сторона показывала, что глаза Тома были карие, хотя на самом деле они светло-голубые.
— Кстати, ты уже решил, когда проводить набор в команду?
— Я сверился с расписаниями и нам придется провести его в субботу.
— Тогда я буду готов снова показать, на что я способен.
— Тебя и Стива никто не заменит. Мы слишком хорошо друг друга понимаем и знаем: чего следует ожидать.
— Не переводи тему разговора! После твоего «поступка», Загорный может подумать нехорошо про всех гриффиндорцев и окончательно принять сторону Слизерина. Мы же не знаем, на что он способен, вдруг объединит свои усилия со слизеринцами, — Бишоп убедилась, что рядом никого нет, но все равно перешла на шепот. — Я слышала, что они еще намерены ответить нам за прошлогоднее.
— А было прикольно!
— Было, но теперь-то не надо об этом упоминать…
— Самый быстрый способ проверить, на что способен этот иностранец — пригласить его в дуэльный клуб и назначить поединок.
— Только не говорите, что такое следовало бы сделать мне?..
— Раз ты сам так охотно вызываешься…
— А кому другому? Ты же прошлогодний чемпион, так что не отвертишься.
— А разве не меня должны вызывать на дуэль?
— А что такого, если ты сам вызовешь кого-то?
Питер только махнул рукой и направился в аудиторию, где у них должна была проходить трансфигурация. Сьюзан уже ждала их.
— Как там Котти?
— Хорошо. Просилась пойти со мной, но я отказала.