— Мика! — Калеб смотрел то на нее, то на кирпич, разъеденный зельем. — Ты могла…
— Как и ты, — сказала она.
— Я должен был ожидать такое. Спасибо.
Они отошли на пару шагов от мертвого зельевара и едкого дыма. Голова Мики кружилась от того, как близко было поражение. Она не знала, могла ли бутылочка разбиться об ее руку, пока она отбивала ее. Она посмотрела на Калеба. Его волосы были спутанными, квадратное лицо было в грязи, и он никогда еще не был таким красивым.
— Я прикрою твою спину, — сказала она.
Он смотрел на нее минуту, словно у него тоже кружилась голова. А потом рассмеялся.
— Мою спину. Понял.
Мика резко вспомнила, что все еще была в облике Калеба. Она покраснела и тут же поменяла облик на женщину из города.
— Не говори другим мимикам, что я так сказала, — буркнула она. — Это худшая шутка.
Калеб рассмеялся, и она увидела в нем юношу с утеса в Галлтоне, веселого и галантного, несмотря на то, что он перенес этой ночью.
— Что угодно для женщины, спасшей мне жизнь.
Они улыбнулись друг другу, окруженные погромом в мрачном складе, и миг казался значимым.
Мика вдруг смутилась и отвела взгляд от юного лорда, посмотрела на результаты их действий этим утром.
Бой был окончен, и оставшихся Талантов освободили. Мика видела, как Эдвина приказала девушке из Мышц открыть ящик, и оттуда выкатился ее муж, потрепанный, но целый. Не всем так повезло. Дэнил не один потерял конечность. Мика не скоро забудет вид тех побитых и сломленных людей, которые долго пробыли в темноте. Хуже, она ощущала, что это было частью большого плана.
Таланты из Кристальной гавани занялись ранеными, пока люди Калеба связывали пойманных стражей и вели их в центр склада. Многие были в форме городской стражи. Потребуется время, чтобы понять, как сильно лорд Обер влиял на защитников Кристальной гавани. И куда он забрал остальных Талантов? На свой остров или в менее очевидное место? Придется биться, но работа Мики только начиналась.
Она заставила нижнюю губу расти и уменьшаться, пока думала, что делать дальше в затишье после боя.
— Я схожу с ума, когда ты так делаешь.
— Как? — Мика повернулась. Калеб подошел ближе. Он смотрел на ее нижнюю губу, которую она меняла, почти не думая об этом. Она вернула губам ее облик, а не того лица, которое изображала.
Он коснулся ее губ, провел по ним подушечкой большого пальца. Она перестала дышать.
— Мика, — тихо сказал он.
— Да?
Он ничего не говорил, лишь смотрел на нее, но ей казалось, что он видел ее настоящую за обликом, ее миссией и его статусом лорда. Ком появился в горле. Она не могла выразить, как сильно хотела, чтобы ее видели.
Она медленно изменила глаза на свои, простые ореховые.
Калеб склонился, словно цвет глаз был барьером, который сдерживал его. Он нежно коснулся ее подбородка и поцеловал ее в губы. Мика не осмелилась двигаться, боялась, что изменение ее черт остановит его.
Поцелуй был легким, как перышко, почти скромным, словно было серьезным делом соединять губы. Глаза Мики закрылись от этого прикосновения.
Он вскоре отодвинулся, разглядывая ее лицо. Его глаза стали мрачнее, словно стал осознавать, как дядя предал его. Мика хотела обвить руками его шею, поцеловать его снова, пообещать, что они разберутся вместе. Но она не успела пошевелиться, он отпустил ее и ушел к своим людям.
* * *
Они несколько часов чистили склад и допрашивали стражей. Они говорили, что не знали, куда корабли забирали Талантов, и никто не упоминал имя их лорда.
Калеб пообещал собравшимся Талантам, что накажет виновных. Они поспешили пожать его руку и поблагодарить, а потом скрылись в своих домах. Он заслужил этой ночью уважение многих. Слухи разнесутся о благородном спасителе Талантов. Никто не скажет об имитаторе, который бился рядом с Калебом, и какую роль она сыграла в раскрытии заговора. Мика вспомнила речь мастера Кива с Церемонии. Так и должно быть.
Когда ноги Калеба подносились, Стивсон и другие отнесли его в Серебряный замок без комментариев. Мика не успела поговорить с ним о словах зельевара.